– Ну так что, Аннабель, согласна? Или я говорю всё Остину, а ты потом сама и с ним справляешься, и со всеми проблемами, что организует твой властный клиентик? – напоминает он безрадостную перспективу, что в случае моего отказа сулит мне ещё большей трагедией.
Но согласна ли я помимо добровольного выполнения любой его прихоти ещё и врать своей единственной подруге, самолично позволяя этому подонку пользоваться ею до тех, пока она ему не надоест, а сразу после плюнуть в душу? Конечно нет! Эми такого не заслуживает! Ни одна девушка такого не заслуживает! Я что-нибудь обязательно придумаю.
Я поставлю его на место при первой же возможности и как можно быстрее отгорожу Эми от общения с ним.
Я найду выход! Обязательно найду, но сейчас, чёрт побери, я связана по рукам и ногам верёвками, которыми он управляет. Мне не остаётся ничего другого, как просто проглотить ядовитый ком в горле и смиренно кивнуть в знак согласия.
– Вот и прекрасно, Никс! И не стоит так хмурится. Наоборот, порадуйся вместе со мной.
Нам впервые удалось договориться обо всём мирным путём. Ну, не считая твоего удара, конечно. Но не волнуйся, я не злопамятный, да и с твоим новым отношением я его быстро тебе прощу. Вот увидишь, теперь мы станем лучшими друзьями! – радуется Марк, нахально подмигивая правым глазом, который я выбью ему при первом же удачном случае.
– Раз мы обо всём договорились, тогда пора выбираться отсюда, – сухо произношу я, поворачиваясь к двери. – Я выгляну первая, чтобы убедиться в отсутствии людей.
И не вздумай даже заикаться о нашем разговоре хоть с кем-нибудь здесь. Если Адам узнает…
– От меня точно никто ничего не узнает! – перебивает он. – Не в моих интересах, Никс, – поубавив улыбку говорит Марк, внезапно шлёпая меня по заду.
– А это ещё какого хрена было?! – моментально вскипаю, тут же отдёргивая себя.
– Ну а что? Пока никто не видит, могу и шлёпнуть разок-другой. И ты сама знаешь, что отказать мне в таких невинных шалостях с твоей стороны будет глупо и чревато последствиями.
Так что привыкай, подруженька, – шепчет мне на ухо притворно нежным голосом, а я вновь протяжно выдыхаю, чуть ли не хныча от гнева.
Не желая больше терпеть ни минуты его присутствия, я набираюсь смелости и аккуратно приоткрываю дверь."
"И о аллилуйя! Неужели мне хоть в чём-то сегодня везёт, потому как поблизости с уборной никого не оказывается. Пользуясь небывалым везением, мы шустро вылетаем из туалета.
