В роли невесты

Глэдис почувствовала, что уже не может притворяться. Зачем он пришел? Хочет предложить новую роль?

– Что случилось? – спросила она. – Габриела все еще не оставила тебя в покое?

– Нет, – покачал головой Джозеф. – Они с Робертом только что объявили о помолвке.

– Зачем же тебе нужна невеста?

– Какая невеста? – удивленно спросил Джозеф. – Мне нужна ты.

Он все еще стоял неподвижно, не делая попыток прикоснуться к Глэдис, но в ее душе уже появился робкий росток надежды.

– Я больше не дорожу своей свободой.

Впрочем, кажется, я и прежде ценил ее не слишком высоко. На самом деле мне необходимо, чтобы ты всегда была рядом. Когда ты ушла от меня… – По лицу Джозефа пробежала судорога, словно воспоминание о том дне до сих пор причиняло ему боль. – Я скучал по тебе, – признался он.

– Но… Но… – Глэдис все никак не могла понять происходящее. У нее возникло такое ощущение, что все это не наяву, словно ей показывают фильм о возможном счастливом развитии событий. – Ты же терпеть меня не мог!

– Я только делал вид, – тихо произнес Джозеф.

 – Это было проще, чем признаться себе, что я хочу до конца своих дней жить с женщиной, которая меня ненавидит.

Глэдис медленно отпустила дверь, убедившись, что дрожащие ноги все-таки не подведут. Все еще не до конца уверенная, что это не сон, она покачала головой.

– Я не ненавижу тебя.

– Понимаю, что сам давал тебе повод для подобного отношения, – удрученно произнес Джозеф, не видя со стороны Глэдис особой поддержки, но желая все же сказать то, что задумал.

 – Я вел себя ужасно. Оскорблял тебя… Но это только потому, что ревновал. И еще я был в отчаянии – ведь ты никогда не смогла бы полюбить меня так, как я люблю тебя.

– Ты меня любишь? – прерывисто прошептала Глэдис, с трудом осмеливаясь поверить, что мечты начинают воплощаться в реальность. – Ты меня любишь?!

– Да. – Она даже не подозревала, что серебристо-серые глаза Джозефа могут сиять таким теплым светом. Он шагнул вперед и взял ее руки в свои. – Я люблю тебя и сделаю все, что ты пожелаешь, только бы загладить вину перед тобой.

Ведь ты, наверное, надеялась, что я исправлю свои ошибки, когда говорила, что не ненавидишь меня?

Глэдис кивнула, расплылась в улыбке, потому что с ее души скатился последний камень сомнения и она наполнилась счастьем, граничившим с болью.

– По большей части я тоже притворялась, – призналась она, глядя, как улыбка, зародившаяся в глазах Джозефа, постепенно освещает его лицо.

– Да.