В сердце Бостона

Я склоняюсь над ними, как титан. Я большая и сильная. Я необыкновенная. И внезапно чувствую, как мое тело охватывает невероятная мощь.

– Ну же. Красный таймер, – подсказывает ассистент, когда моя голограмма плавно придвигается к экрану и изучает людей с высоты своего роста.

Зал взрывает пронзительная волна музыки. Толпа ахает. Я ловлю этот бит и ударяю ладонью по стеклу перед лицом. Огромный экран, на котором изображена моя 3D-голограмма, разлетается на сотни осколков. Мой титан исчезает вместе с ними, превращаясь в серебристую пыль.

Теперь я не большая и сильная. Но я необыкновенная. И по-прежнему чувствую невероятную мощь, зависая на тросах под куполом необъятного зала.

Диджей плавно наращивает ритм. Светомузыка гармонично подстраивается под каждый бит. Дюжина прожекторов опаляет ярким светом верхушку купола, разом освещая мой силуэт.

Я будто горю белым пламенем и спускаюсь к подиуму под свист и раскатистые аплодисменты толпы.

Ни разу в жизни, никогда, ни один показ, выступление, шоу не дарили мне подобных эмоций. Все прошлое меркнет по сравнению с тем, что я испытываю сейчас.

Кажется, я совсем не дышу во время «полета». Даже на миг закрываю глаза, позволяя эйфории захватить тело полностью. Музыка просачивается сквозь меня и сливается с биением сердца.

Под бурный возглас людей меня приземляют на длинный подиум перед пультом диджея. Тросы отваливаются и автоматически стягиваются обратно к куполу. Я замираю на сцене. Все еще не дышу. И глохну.

Не слышу толпу. Не слышу музыку, бит. Даже шума в ушах нет.

Сердце перестает стучать.

Я открываю глаза и рыщу взглядом в поисках знакомых лиц. Бостон сказал, что я увижу их. Мне нужно это. Прямо сейчас. Один взгляд любимых глаз. Пожалуйста.

Чувствую, как начинаю дрожать.

Бостон стоит на ногах в ложе у изножья подиума и смотрит прямо на меня, застывшую посреди сцены. Он тоже словно не дышит. Не моргает. Все его внимание приковано ко мне, как и тысяч других людей, но меня это не волнует.

Слух возвращается. Пульсирующий бит популярного трека охватывает мое тело и движет им, ведет вперед, дальше, вдоль подиума, к Бостону, на моих двух «ногах».

Толпа аплодирует, но аплодисменты становятся реже.