В связи с особыми обстоятельствами

Соответствующие распоряжения городскому подполью переданы, и наши люди предупреждены об особой важности выполнения полученного задания…

Доведя Алексея до какого-то перекрестка, монах кивнул на темный проход справа.

– Располагайтесь. Там есть, где прилечь, вода тоже имеется – в углу ведро стоит. На столе лампа, можете зажечь, если нужно. С запасами у вас как, господин капитан? В смысле – чтобы поесть чего?

– Есть кое-что… Только не слишком много.

– Понятно. Вечером вернусь, принесу ещё.

Наверх вам пока выходить нежелательно, слишком уж германцы переполошились. Форму-то, небось, снимать не пожелаете? Выждать надобно, а уж потом я вас выведу. Бога ради, не пытайтесь это сами сделать, от всего сердца не советую! И сам-то я ещё не до конца тут все обходил, а уж про вас – и говорить нечего, потеряетесь!

– Хорошо. Буду ждать здесь. Только и вы уж там не особо задерживайтесь…

Марк ушел, в темноте проходов исчез огонек его лампы. Кстати говоря, капитан теперь понял, отчего монах передвигается с её помощью.

Иногда огонь под стеклом начинал трепетать, увлекаемый потоком воздуха, и тогда проводник либо сворачивал в ту сторону, куда тянул сквознячок, либо, наоборот, направлялся по иному пути. Дополнительный способ ориентации – вот для чего тут нужна керосиновая лампа! Луч фонаря к сквознякам не чувствителен. Надо же…

И в самом деле, никаких особенных знаков на стенах Ракутин так и не заметил до сих пор, и чем руководствуется монах при выборе пути – так и оставалось пока загадкой.

А тоннели тут были… разные. Просто пробитые в толще земли коридоры – узкие и извилистые. Выложенные камнем или кирпичом стены – это уже что-то более современное, хотя и тоже – весьма старое, местами уже и посыпалось кое-где.

Кто и зачем рыл тут эти проходы?

Про Печерскую Лавру Алексей краем уха слышал, будто есть там какие-то подземелья… Но, даже исходя только из этого, одними пещерами этой самой лавры тут явно все не заканчивалось.

Подземелья в Киеве рыли всегда – ещё и при царе, говорят, копали вовсю! Да и более старых проходов, по слухам, тоже хватало. Просто, надо полагать, не дошли руки у тех, кому следовало, а то бы давно уже разобрались…

В указанной Ракутину комнатке имелся грубо сколоченный топчан. Точно такой же стол, со стоящей на нём лампой. Пошарив в углу, капитан обнаружил и ведро, прикрытое крышкой. С водой – и относительно свежей.