В связи с особыми обстоятельствами

 – «До того как они получат меня в целости и сохранности никакого прочесывания не будет. Значит, надо сделать так, чтобы фашисты меня не получили как можно дольше. Но и затягивать до бесконечности тоже нельзя, иначе они войдут в лес, наплевав на все. И тогда вилы: открытого боя даже и с полувзводом нам не выдержать. Да и долго скрываться в этом, не слишком-то большом массиве, толком не получится, рано или поздно отыщут. Хреновый здесь лес – редкий, да заболоченный. Негде тут особо прятаться, как ещё раньше-то не отыскали… Впрочем, теперь-то понятно, почему».

Алексей задумчиво побарабанил пальцами по поваленному дереву, на котором сидел. Как ни вертись, выходило кисло. Помирать категорически не хотелось, но и особых вариантов выжить тоже пока найти не получалось.

– Два дня, товарищ капитан! Больше немцы ждать не станут, – покачал головою «лесоруб». – Да и то… Бог весть, какая вожжа им ещё под хвост попадёт? Сами понимаете, я ничего обещать не могу.

– Понимаю, – кивнул Алексей.

 – И никаких претензий у меня к вам не имеется. Делаем так – сегодня вы забираете Нифонтова и Качалова. Нифонтов ранен и не может самостоятельно передвигаться, поэтому Качалов останется с ним и будет ждать остальных. Завтра утром – меня, я присоединюсь к бойцам. Потом – по возможности, и других. Мы все подтянемся к этому месту, будем рубить дрова, чтобы можно было бы быстрее загрузить повозку. Может быть, вам удастся сделать еще пару ездок и перевести кого-нибудь.

– А сколько вас тут всего? – почесал в затылке Сидор.

– Всего было девять человек. Один пропал без вести ещё раньше – наверное, в лесу потерялся ночью (капитан не хотел раньше времени показывать то, что догадался о предательстве Павленко), второй позже погиб – остался нас прикрывать. Третьего пуля уже около леса догнала. И один из раненых уже здесь умер – тут и похоронили.

– Как же это в втроем троих раненых дотащили? – удивился собеседник.

«Внимательный, чертяка! На мякине не проведёшь!» – отметил Ракутин.

– По одному их тащили. Первый совсем плох был – его на руках несли. Он-то, кстати говоря, и помер-то опосля… А другие спервоначалу ещё самостоятельно идти пробовали. Сами знаете, как оно в бою, да сгоряча, бывает. Да ненадолго их хватило. Им по ногам пришлось, здесь уже поплохело, когда почти до места добрались. Пулемет пришлось бросить, да…

– Стало быть, пятеро вас? – задумчиво почесал в затылке Сидор.