В связи с особыми обстоятельствами

 – Ох, и рискованное это дело выйдет… Ин, ладно! Попробуем!

Провожая взглядом удаляющуюся телегу, Алексей про себя производил вычисления. Через пару часов Сидор выгрузит «раненого». Надеюсь, тот сможет достаточно убедительно сыграть свою роль. Внешне он, во всяком случае, выглядит весьма впечатляюще. Небритый, с потухшим взором и обмотанный окровавленными тряпками – чем не тяжелораненый?

Сомнительно, чтобы немцы решились на то, чтобы провалить всю операцию из-за столь «ценного» приобретения. По этой же причине они могут пропустить и второго – два рядовых бойца не представляют для них особого интереса.

Тем более, что один здоровый боец раненого, да ещё и столь тяжело, никуда не утащит. Их можно будет и после прихлопнуть, невелик труд.

А вот третьего – Ракутина, они будут ждать. И встретят «ласково», тут двух мнений быть не может.

А раз так, то и держать посты вокруг леса нет никакой нужды – Сидор всех доставит прямо по назначению. Тем паче, что сам капитан ему сказал – мол, сюда все придем и тебя ждать станем.

Спешить немцам некуда и незачем, по одному всех спокойно повяжут. Тем паче, что «лесоруб» зараз более трех человек не видел. Вполне, кстати, объяснимо. Один раненый лежит в лагере, и один боец охраняет этот самый лагерь. А трое оставшихся – вот они, любуйтесь! Все спокойно сходится.

Вот будет немцам сюрприз, когда оба – «раненый» и сопровождающий мотанут неведомо куда!

А раз посты вокруг леса снимут, то и остальная пятерка не будет тут рассиживаться – в ночь и уйдём. И пускай тут Сидор поутру кукует, капитана ожидаючи.

Интересно было бы потом послушать его диалог с немцами…

Выезжающую из лесу повозку постовые заметили тотчас. Да и не только заметили – услышали, как стучат по корням колеса. Забросив за спину карабин, один из немцев вышел на дорогу и лениво поднял вверх руку.

Возница попридержал лошадь и спрыгнул с повозки на землю. Сдернул с головы кепку.

– Здравия вам желаю, господин солдат!

Лицо его было знакомо постовому – этот человек проезжал здесь уже не впервые. Но в этот раз возница, оглянувшись назад, сложил пальцы рук, изобразив угол.

Фельдфебель на эту тему предупреждал. Это какие-то тайные игры господ офицеров. В данном случае, увидев такой знак, следовало изобразить процедуру осмотра повозки, но не сильно при этом усердствовать. Поэтому постовой, постучав прикладом по наваленным в телегу бревнам и хворосту, сделала жест рукой: проезжайте. Повернулся спиной к дороге и зашагал в сторону, где располагались остальные его товарищи.