В связи с особыми обстоятельствами

Если это показатель плохой стрельбы…

– Наши пушки могут не пробить брони, герр майор…

– Но наши артиллеристы это уже сделали один раз!

– Каким калибром, герр майор?

– Да таким же, как и у вас!

Танкист очень хотел задать вопрос об их судьбе, но посмотрев на командира батальона, сдержался – майор был на взводе, и предсказать его реакцию фон Платтен не решился.

– Хорошо, герр майор. Мы сделаем свое дело…

Отдав честь, лейтенант поспешил к своим машинам – те благоразумно притаились за деревьями, не рискуя выходить под пушки бронеплощадки.

Открыв запор на двери, Алексей прислушался – нет ли там какого-нибудь движения или звука? Но в ушах всё ещё стоял звон, и поэтому он ничего толком и не разобрал.

Впрочем, совсем уж лопухом капитан не был и просто так выскакивать на насыпь не собирался. Подхватив со стеллажа чью-то шинель, он, распахнув дверь, выбросил её наружу.

И тотчас же там бабахнули выстрелы!

Стало быть, засада снаружи имелась…

Ну, так и не удивительно – раз с той стороны подошли, так и здесь, надо думать, люди не дурнее оказались.

В знак приветствия засадникам, наружу полетела граната – нельзя же было не отметить их удачный тактический ход? Он не слишком уж обольщался на тот счет, что взрывом накроет всех – но уж головы-то немцы по-всякому спрятать должны. Жить-то каждому охота – и они здесь не исключение.

И сразу же за тем, как перестали барабанить по бортам осколки, капитан, спрыгнув наружу, кубарем откатился под прикрытие борта – за угол броневагона.

Где и встретился лицом к лицу с одним из засадников. Коренастый немец, ворочая головой (видать, по ушам-то взрывом приласкало!), поднимался с земли. Крутанувшись на месте, Алексей пробил ему внешним краем стопы прямо в голень. Боль от такого удара – та ещё! Да и перелом ноги гарантирован. Беззвучно разинув рот, оппонент выронил карабин и набрал полную грудь воздуха, дабы заорать во всё горло. Не успел – рукоятка браунинга долбанула ему пониже каски.

За спиною грохнула пулеметная очередь – в проеме двери нарисовался Копытов с трофейным пулеметом в руках. Не забыл его – молодец!

А напротив него заваливался ничком ещё один солдат – тот, что встал из-под насыпи за спиною капитана. Грамотно распределились немцы, нечего сказать. Был бы Ракутин один, да не швырни он гранату – так и спеленали бы на раз-два.

– Туда! – махнул он рукой бойцу.