А с другой стороны стены расположились на привал советские бойцы.
Нахально? Куда уж больше-то… Но искать у себя под носом фашисты точно не станут.
Усевшись на остатки упавших сверху стропил, капитан вытащил из вещмешка опустевший диск и принялся снаряжать его патронами. Копытов же, порывшись в своем вещмешке, достал оттуда несколько полосок вяленого мяса и пачку галет, которые прихватил у ремонтников.
И внезапно Алексей почувствовал жуткий голод. Жрать хотелось так, что прямо в глазах потемнело. Взглянув на пулеметчика, он увидел ровно ту же самую картину: Копытов ел, аж за ушами трещало.
То ли прошедший бой был этому виной, то ли еще какая-то другая причина, но аппетит у обоих разыгрался не на шутку. Поэтому, закончив снаряжение обоих магазинов, Ракутин налег на еду со всей возможной силой. Правда, по сторонам они оба все-таки поглядывали, и поэтому не прозевали появление на перекрестке новых действующих лиц.
А лица-то оказались весьма интересные!
Невысокого роста, атлетически сложенный немец, по-видимому, был командиром пришедшей группы.
Офицер, судя по тому, как вытянулись перед ним оба постовых. Что он им там говорил и о чем спрашивал, разобрать было затруднительно. Но в процессе разговора офицер несколько раз указывал рукой на лес и именно в ту сторону, откуда только что вышли капитан вместе с сопровождающим. Стало быть, эти немцы идут по следам. Но почему их так мало? Ракутин видел всего троих. Не может же быть, чтобы в погоню за неведомо каким количеством отступивших отрядили всего трех человек.
Или это только те, кто вылез из кустов, или Алексей что-то перестал понимать. Не бывает так, чтобы в погоню за ушедшими диверсантами отправили меньше взвода. Да еще и учитывая тот тарарам, который они только что устроили. Скорее всего, все остальные сейчас сидят вокруг перекрестка и внимательно посматривают по сторонам. А раз так, то было бы непростительной глупостью маячить у них на глазах. Никогда не следует быть слишком самонадеянным.
И по этой причине они оба тотчас же улеглись на землю, прижавшись к стенам и постаравшись слиться с ними в максимально возможной степени.
Тем не менее, потеряв возможность видеть происходящее, возможности слышать капитан отнюдь не утратил. Пользуясь тем, что погода была безветренной, он изо всех сил прислушивался к разговору, происходившему на перекрестке. Тем более, что разговаривавшие отошли в сторону от проезжей части, и таким образом приблизились к месту, где спрятались красноармейцы.
