Проход, по которому предположительно мог скрыться капитан Ракутин, в ходе боя был взорван и обвалился на большом протяжении. Не исключено, что бежавший русский офицер может попробовать выйти наверх в каком-либо ином месте, неподалеку от места боестолкновения. Раскопка же данного тоннеля сопряжена с риском последующего обрушения и представляет собой непосредственную угрозу для жизни германских солдат…
Спустя некоторое время после начала блуждания по подземельям, Алексей выработал свою тактику передвижения.
Палкой на уровне груди махнуть влево-вправо, чтобы нащупать стены. Потом задираем палку вверх, проверяем потолок. Налетев разок лбом на поперечную балку, Ракутин не испытывал больше никакого желания проверять прочность сводов подобным образом. И только после всех этих манипуляций он начинал осторожно ощупывать палкой пол перед собой.
Скорость движения при этом была совершенно ничтожной. Но тратить невосполнимый в его условиях ресурс батареек капитан решительно не хотел. Пользовался фонарем только в исключительных случаях, когда стены внезапно уходили в стороны.
Тогда приходилось зажигать фонарь и быстро осматривать помещение. В том случае, когда выходов из комнаты было больше одного, он выкладывал поперек других проходов горки из камней. Такой знак можно было заметить даже в том случае, если бы никакого света тут не было вовсе никогда. После чего фонарь гасился, и в дело снова вступала жердь.
Пройти таким образом удалось пока не много – метров триста-четыреста, не более.
Но Алексей никуда особенно не торопился. Наверху все равно была ночь, увидеть хоть какой-нибудь проблеск света было еще рановато. Он совершенно не представлял себе, где сейчас находится, куда идти и что его может ожидать наверху. О таких подземных ходах, да еще в центре большого города, ему ничего не приходилось раньше слышать, поэтому никаких соображений относительно своих действий в дальнейшем он не имел. Капитан просто шел туда, куда вел его проход. Ведь никто не станет строить сколь-нибудь серьезное подземное сооружение, если оно имеет всего один выход на поверхность.
Не может же так быть, что неведомые строители начали городить все эти лабиринты только для того, чтобы оставить туда один-единственный вход. Была же у них какая-то цель, чего-то они пытались этим достичь. И уж совершенно невероятно, что все эти тоннели выкопаны просто для того, чтобы в них заплутал случайный человек. Есть вход – значит, должен быть и выход.
