В тайге ночи тёмные

— Честно, я потрясен, — взял пятый бутерброд, — никак не ожидал. В следующий раз приеду с подарком, — и посмотрел на Пашу, — тебе чего хочется? Может, машинку на радиоуправлении?

На что Лиза хихикнула в кулак. Видимо, у Соколовых однотипные представления о детских мечтах.

— У меня узе есть, — поднял на него взгляд. — Дядя Зеня подарил.

— Дядя Зеня? — чуть не подавился. — О как.

— Ты наелся, Кирилл Федорович? — Евгений уже был на грани большого эмоционального срыва, имя которому «ввалить говнюку по первое число».

— Еще в процессе. Вкусненько, — запихнул бутерброд в рот целиком. — Окей, а кроме машинки? — кое-как пробормотал. — Может, поезд? Или самолет? А Лего любишь? Я вот обожал, когда маленький был. Отец шикарные наборы из Дании привозил. Помнишь? — посмотрел на брата.

— Помню, я их собирал, а ты ломал.

— Ну, прямо-таки ломал. Скорее дорабатывал.

— Мне тозе Лего нлавится, — просиял интересом Паша.

— Супер! Тогда замётано. Подарю тебе классный набор. Ты же детальки есть не будешь? — сузил глаза.

— Нет, — замотал головой, — я зе не дулачок.

— Точно не дурачок, — засмеялся. — Вы же не против, если я ему… ну… подарю, — глянул на Лизу.

— Замечательно. Что ж, спасибо за угощение, за гостеприимство, пора и честь знать. Проводишь, дядя Зеня?

— Угу, с превеликим удовольствием.

Уже около машины Соколов дал волю чувствам:

— Ты какого хрена несешь? — уставился на Кирилла.

— Просто, сын тебя называет дядей Женей. Это диковато звучит, брат. Или, — в этот момент его как осенило, — вот я дебил.

Так, ты и не знал о его существовании? Я-то подумал, просто скрывал ото всех.

— Да, не знал. И это последнее, о чем я тебе рассказал.

— Н-да… — снял машину с сигнализации, — а вообще, сбросил бы ты уже шкуру зверя и обратился человеком, Евген. Иначе эта милая девушка с тобой и месяца не выдержит. До встречи. И да, с немцами я договорился, через два дня будут у нас с документами.

Соколов проводил его взглядом. А пульт бы у Кирика забрать не помешало, чтобы лишний раз тут не маячил.

Все бы ничего, если бы не его доверительные отношения с Ксенией и большое желание показать всем свое превосходство над старшим братом. Так уж сложилось, что Кирилл всегда считал себя недооцененным. После смерти отца вообще исчез с радаров аж на полгода, ибо был крайне разочарован завещанием, по которому все свои акции отец оставил старшему сыну, а младшему всего лишь три долларовых банковских вклада и квартиру в десяти минутах от центра города.