В трущобах Индии

— Что ты говоришь, господин!

— Истинную правду… Сегодня ночью Джахара-Бауг окружил батальон англичан под предводительством Кишнаи, и всех нас взяли в плен. О! Он хороший игрок, этот Кишная, он ловко перехитрил нас! Он сделал только маленький промах, бросив нас в Колодец Молчания и приказав заделать цементом плиту подвала, который предназначался нам вместо могилы; он не знал, что там есть три тайных прохода, как в подвале, так и на лестницах, а потому через пять минут мы уже были свободны. Теперь мы готовы отплатить ему тем же… Иди за мной, мы освободим Дислад-Хамеда, но если вперед он будет вести себя так же, — ему не остаться в живых! Мы пришли… Нажми рукой эту каменную глыбу.

— Что это! — воскликнул Утсара. — Стена поддается.

— Она устроена на стержне… Зови своего друга.

— Дислад-Хамед! Дислад-Хамед! — крикнул факир.

— Это ты, Утсара? — отвечал голос изнутри.

— Да, я пришел с нашим браматмой освободить тебя; иди сюда на мой голос, мы пришли совсем с другой стороны, а не с той, где ты ждал.

Факир сделал несколько шагов и, протянув руку, взял руку падиала, чтобы помочь ему выйти из мрачной темницы.

— Вот ты и спасен, — сказал он, — я сдержал свою клятву; постарайся не забыть своей, ибо при малейшей измене…

— Я поклялся никому не служить, кроме тебя, Утсара, если ты спасешь мне жизнь. И ты можешь рассчитывать на мою верность, я твой до самой смерти; я разделю с тобой труды и опасности. Мой сын уже вырос и может заменить меня, а я не уйду от тебя.

— И ты не будешь в этом раскаиваться! — с важностью отвечал ему факир.

Ему до крайности льстило, что он мог так распоряжаться, и что его в свою очередь будут называть господином. В этот день честный Утсара, привыкший только повиноваться, узнал, что такое гордость.

Отношения такого рода не редкость в Индии, когда один туземец спасает жизнь другому. Последний в порыве благодарности клянется быть преданным своему спасителю и служить ему до конца дней своих. Он делается членом семьи господина, которому отдает себя, а тот взамен его услуг обязан заботиться о нем, кормить, одевать; если слуга женится, жена его живет также в доме патрона.

Утсара был в восторге, что у него есть человек, которому он может покровительствовать, несмотря на то, что это был такой трус, как Дислад-Хамед; видя, что честолюбивые планы его потерпели неудачу, падиал не прочь был обеспечить себя пищей на остаток дней своих.