В твоих руках не страшно

Вот и случилось так, что тёмные, как и двуликие сохранили за собой власть и земли, став, кажется, ещё сильнее, слуги странницы Судьбы, вот оказывается, странствуют себе миром, а эльран почти не осталось. Чистокровных так точно.

Тем временем мы поднимаемся всё выше, и я начинаю понимать, что не так уж и ошибалась, когда предположила, что меня ведут в храм. Потому что начинаю чувствовать Её присутствие. Она здесь. Пресветлая. Великая Мать этого мира. И она зовёт меня к себе.

Но помимо Её света я чувствую и тьму. Огромную, всеобъемлющую.

Дверь появляется передо мной внезапно, проступив из тьмы сначала неясными очертаниями, а потом проблесками светящихся защитных символов на деревянном полотне. Ни секунды не задумываясь, ведомая чутьём, я прикладываю обе ладони к основным узлам света. Отчего-то чувствуя себя в праве это делать.

И дверь действительно поддаётся, приглашающе открываясь почти сама собой.

То, что ступаю на территорию храма, ощущаю всем своим естеством.

Как это понять? Я недоумённо озираюсь на следующую за мной ведьму, но та лишь загадочно улыбается, кивком показывая мне идти дальше. И я иду.

Петляя анфиладой круглых залов, колонны и стены которых украшены причудливыми узорами из переплетающихся между собой света и тьмы, я наконец нахожу главный ритуальный. И ошарашенно замираю.

В центре стоят двое.

На хрупкую, миниатюрную женскую фигурку с потолка падает луч ослепительного солнечного света, делая выполненную из белого мрамора статую невесомой и воздушной, будто прозрачной.

Бог смерти Маох обнимает хрупкую Богиню жизни, словно защищая её своими руками, своей тьмой, укрывая от всех бед и невзгод.

— Они… так прекрасны вместе, — зачарованно выдыхаю я, даже не осознавая, как шаг за шагом подхожу всё ближе к статуям древних богов, восторженно рассматривая каждую деталь.

— Да, ты права. Они неразделимы и едины, — слышу позади себя весёлый голос Кахин. — Даже Странница признаёт, что не быть ей для Тёмного такой же идеальной половинкой и женой, как Пресветлая.

Идеальной половинкой и женой? Они супружеская пара? Боги? Я… не знала.

Всматриваюсь в мраморные лица.

А ведь и правда. Их любовь друг к другу ощутима во всём. И в его оберегающем объятии, и в том, как доверчиво она прислонилась к нему. В умиротворении их черт.