Вакансия: жена. И ничего личного

А в чём дело?

– Когда тебе надоест терпеть закидоны и выходки Пальмовского, что будешь делать? Разведёшься?

– Ммм… – Она озвучила мой самый затаённый страх. Только он звучал немного иначе: что делать, когда я сама Пальмовскому надоем. Но вслух такое ни за что бы не произнесла. Это было бы слишком обидно и больно.

– Что мычишь? Этот дурак тебя облапошил, а ты повелась. Только не подумала, что себя измучаешь сначала, а потом сделаешь несчастным мальчика. Он матери настоящей никогда не знал. Не видел.

Ему только рассказали, что она его бросила.

– Я в курсе, да. Вера Борисовна поделилась…

– А что с ним будет, когда Вова поверит в тебя, привыкнет… Мамой станет называть… А ты его снова бросишь. Об этом ты подумала, Даша?

Она устала от своего спонтанного взрыва. Присела рядом, прямо напротив меня. Смотрела так печально, что стало не по себе.

– А почему ты решила, что я должна его бросить, Аль? Даже если придется разойтись с Пальмовским, я Вовку никому не оставлю.

Не нужно думать, что ты – хорошая, а все остальные люди вокруг – дебилы и козлы. И все я прекрасно понимаю, как это важно для мальчика. Сделаю все, чтобы ему было хорошо в жизни. Все силы брошу на это! И не нужно меня унижать такими подозрениями. Это… это неприятно, как минимум.

– Хорошо. Извини. – Она сдула с лица прядку, внезапно выпавшую из всегда идеальной прически. – Я верю, что ты способна на этот подвиг: стать отличной матерью незнакомому ребенку. Ты вообще на многое способна, Даш.

Я в этом не сомневаюсь.

– Ну, вот? И почему тогда так возмущаешься? Я пришла посоветоваться по договору, а получила…

– А о себе ты подумала, дорогая? Разве тебе не хочется настоящую семью, а не вот эту… – Она развела руками, кривя губы. – Подделку, пародию на семью? Нельзя так выходить замуж, Даш. Даже не по расчету, а из желания кого-то спасти.

– Ты не представляешь, как много проблем я решу… – Аля словно скальпелем вскрывала все слабости и сомнения, что я глубоко и усиленно прятала от самой себя.

Решимость в голосе куда-то пропала, исчезла. Я уже почти шептала, а не говорила.

– Представляю. Почему же нет? В твоем досье указаны все материальные трудности, которые испытывает твоя семья. И денег тебе Пальмовский достаточно предлагает, я вижу. Ты можешь уволиться и больше никогда сюда не приходить, а жить все равно будешь безбедно.

– Досье? Вы все про меня знаете? – Стало совсем нехорошо.