Вакансия: жена. И ничего личного

Дай поправлю.

Этот человек, похоже, не привык себе ни в чем отказывать… И чужого согласия тоже не ждал. Горячие мужские пальцы, теперь уже наяву, заставили вздрогнуть и застыть, ожидая следующих прикосновений.

Он что-то делал с прядями, щекотавшими мою кожу, а я смотрела в окно и не видела там ничего. Белые пятна перед глазами. Это наваждение какое-то, а не мужчина…

– У тебя свои такие локоны? Или завиваешь? – Он опять придвинулся, обдавая дыханием, окутывая ароматом своего одеколона и кофе.

Нужно было что-то отвечать. Что-то вразумительное и, желательно, едкое. Чтобы прекратить все эти намеки раз и навсегда. Чтобы отстал от меня, даже голову в мою сторону не поворачивал!

А получилось только молчать и с трудом пропускать воздух сквозь ноздри. Между ребрами стало тесно и тяжело.

– Уважаемые пассажиры. Просим вас пристегнуть ремни и перевести спинку кресла в вертикальное положение! Отключите все телефоны и электронные приборы до момента…

Монотонный голос из динамиков должен был отвлечь Владислава от моей шеи.

– Молодой человек, прошу вас, сядьте ровно, пожалуйста.

Девушка в форме тоже, наверное, решила, что с этим пассажиром нужно что-то делать. Заставила нахала выпрямиться и пристегнуться.

Я, наконец-то, смогла нормально вдохнуть и с шумом выдохнуть. Благодарно улыбнулась бортпроводнице.

– У вас все хорошо? Может быть, я в состоянии чем-то помочь?

Владислав приподнял бровь, уголок его рта едва заметно дернулся. А рука при этом крепко сжала мою, лежащую на общем подлокотнике.

И, поди разбери, что значил этот жест: предупреждал меня таким способом, чтобы не делала глупостей? Или, наоборот, подбадривал, чтобы посмотреть на шоу?

– Спасибо, ничего не нужно. Я просто устала и немного нервничаю… – Для полной достоверности, мой голос внезапно сел.

– Молодец, Даша. Ты просто умница!

– Не нужно меня хвалить! Лучше оставь в покое.

Момент, когда самолет разгоняется и отрывается от земли, – самый волнующий за все время полета. Я бы ради этих моментов летала вообще без остановки. Приземлялась бы и взлетала снова.

И даже то, что из-за моего плеча в окно заглядывал какой-то малознакомый, но очень волнующий пассажир, никак не могло поломать моего удовольствия.