Я вспомнила, что майор разрешил мне сегодня отдыхать, и повалялась ещё минут пять, а потом встала, глянула на кучу грязной одежды под ногами… Только тогда на меня обрушилось понимание, что моё успешное возвращение нельзя назвать иначе как чудом. Губы задрожали, глаза наполнились слезами, и, чтобы не разреветься, я накинула на себя лёгкую кофту, запасную юбку и выскочила на улицу.
Ездовые уже успели развести костры, и серая полоса дыма мягко ложилась к подножию палаточного лагеря с протянутыми верёвками для сушки одежды.
В сыром весеннем воздухе носилось предчувствие дождя, и я первым делом забеспокоилась, что выстиранное бельё не успеет как следует просохнуть.
По-бабьи упрев руки в боки, около одного из котлов стояла Фролкина и наблюдала, как тощий хромой Юрка Кадушкин перегружает из тачки в чан комки мокрого белья.
При моём появлении Фролкина встрепенулась, и её глаза прогулялись по мне от макушки до пяток.
— Ну и видок у тебя, Евграфова.
Меньше всего мне с хотелось встречаться с Фролкиной.
В иное время я промолчала бы, но в моей душе ещё бурлили события, пережитые в разведке, и меня задел её неприязненный тон. Я вздёрнула подбородок:
— Сама знаю, не с танцев пришла.
Пусть Фролкина думает что угодно или накладывает на меня взыскание — мне всё равно.
Я перехватила любопытный взгляд Кадушкина и, чтобы не выдавать военную тайну, громко объяснила:
— Под обстрел попала, когда обратно в часть возвращалась. Лаптей наплела целую кучу.
— Тяжёлая, видать, работа — плести лапти, — хохотнул Кадушкин. — Чёлку-то обрезала, чтоб волосы плести не мешали?
Чёлка! Я и забыла про неё! Я провела рукой по волосам, и мои пальцы натолкнулись на спутанный колтун, щедро пересыпанный грязью и пылью.
— Иди, возьми пару вёдер горячей воды и помойся, — сказала Фролкина, но дух противоречия, неизвестно откуда поднявший голову, подтолкнул меня вперёд, к реке, где мы полоскали бельё на грубо сколоченном помосте.
Девчата ещё не отстирали первую партию белья, и единственным живыми существами у реки были две вороны на прибрежной сосне, но, когда я с разбегу бултыхнулась в воду, они поднялись и улетели, хотя наверняка успели покрутить крылом у виска. От ледяной воды у меня перехватило дыхание, но всё же я продержалась минут пять, а потом, дрожа от холода, выскочила и побежала в прачечную — вылить на себя сверху ведро горячей воды и прополоскать волосы.
