— Сказала тебе нет — значит, нет!
Вика демонстративно отряхнула юбку и оперлась спиной о сосну, давая понять, что её решение окончательное.
Я несколько секунд поколебалась, но любопытство перевесило доводы разума.
— А я схожу. — И чтобы оправдать своё самовольство, добавила: — Вдруг там найдётся хорошее укрытие?
Я точно знала, что Фролкина моё начинание пресекла бы на корню, поэтому перемещалась незаметно, от дерева к дереву, от кустика к кустику, пока не оказалась перед заброшенной усадьбой из красного кирпича.
Особенно меня поразила круглая башенка с островерхой крышей, на которой пророс куст ольхи. От башенки в разные стороны отходили два крыла здания в несколько окон и сводчатая арка во двор. На ум пришли сказки о заброшенных королевствах и спящих красавицах — русская царевна из сказки Пушкина проглотила кусочек отравленного яблока, а немка у братьев Гримм укололась веретеном. Я медленно двинулась вперёд, постоянно прислушиваясь к звукам за спиной, чтобы не пропустить отъезд отряда. Но, судя по всему, командиры решили переждать опасность до полного прекращения огня, и, кроме отдалённых выстрелов, никакого движения не замечалось.
Дубовая дверь, разбухшая от времени, подавалась с трудом. Чтобы открыть, мне пришлось выбивать её ногой. Моё чувство долга требовало немедленно вернуться обратно, но внутренний голос тихо и настойчиво нудел: «Посмотри, посмотри. Пять минут погоды не сделают».
Короткий коридор вывел меня в квадратный зал с остатками обоев на стене. Они свисали со стен лазоревыми клочьями, и когда я подошла ближе, то поняла, что это плотный шёлк с атласными разводами в тон.
Под окном лежал комок тряпья, на полу сверкали осколки бутылок. Я нагнулась и подняла чайную ложку с замысловатым вензелем на ручке. Ложку я положила в карман. В хозяйстве пригодится. Из угла залы наверх вела винтовая лестница с ажурными чугунными перилами. Я поняла, что это путь в башню, но подняться не рискнула, хотя очень хотелось."
"Аура таинственного места завораживала и втягивала в пространство грёз.
Наверное, стены зала видели не один бал со свечами, пышными платьями и чарующими звуками музыки. Конечно, комсомолки не должны думать о такой мещанской пошлости, как балы, но покажите мне хоть одну комсомолку, которая отказалась бы примерить изысканный наряд с жемчугами на шее. Я взглянула в осколок зеркала около камина. Мутное стекло неясно отразило невысокую худую девушку в армейских галифе и застиранной до белизны гимнастёрке.
