Онлайн-библиотека книг
Выведу вон туда в канаву и получишь пулю в лоб. Я не хочу до этого доводить, я хочу одним разом прекратить пустые разговоры. Иди и передай своим солдатам, что в полк прибыл разведчик гвардии капитан и что у меня личный приказ командира 5-го гвардейского корпуса генерала Безуглова Ивана Ивановича в течении недели взять языка.
11. А вот бездельникам я даю на подготовку к боевому выходу всего два дня. 10 февраля я вместе с тобой выйду к переднему краю противника, и ты мне покажешь разведанный тобой объект.
Лейтенант из разведроты ушел.
– Как у тебя ребята одеты? Оружие в порядке?
– Кормежка нормальная, одежда ничего. А оружие я непроверяю. За оружием каждый сам смотрит.
– На счет боеприпасов можешь мне сказать? У кого сколько гранат, запасных дисков набито, перевязочных пакетов штук по пять?
– А зачем по пять? По одному вполне достаточно.
– Ложкин! Ты его никогда не брал на захват языка?
– Не брал, а что?
– Ему (разочек надо) пора туда сходить, а то я смотрю он жирком покрылся.
– Порядочно! Говорят года два.
– И сколько раз под немецкой проволокой был?
– Не знаю!
Старшина слушал такой разговор, молчал и сопел.
– Дивизионные разведчики тебя старшина не касаются, а своими взводными ты обязательно займись. Сейчас дни наступают решительные. Старшину я знал раньше в лицо. Несколько раз видел его в тылах дивизии. Я не знал (о его способностях, возможностях и продовольственных резервах) его по работе и не стал с ним заводить разговор о питании, скромно довольствуясь тем, что ординарец приносил с общего солдатского котла.
Ординарец был небольшого роста, крепкого сложения. Работал до войны в крестьянстве, был женат и имел детей. Чуть-чуть рябоватое лицо его не то внутреннюю борьбу, нетто заботы (опасность войны). Он переживал за себя, за жену, за детей, за лейтенанта Ложкина и за всю полковую разведку. По-видимому, он не был трусом.
12.
