Ванька-ротный

– Не обижайся, капитан! У меня на этот счет свои соображения. Я устал от войны и от всего. Ты мне о деле говоришь, а я в это время совсем о другом думаю. Я думаю, как бы выбраться от сюда живым. Ты отобрал себе группу ребят, занимайся ими и готовь свой объект. Если мы не возьмем, тебе придется после нас со своей группой идти. И потом скажи, что это за порядок. Я должен дивизионную разведку с собой вести. Если раньше полковые работали отдельно. То с переводом в разведотдел Чернова под наше начало стали взвода разведроты отправлять.

Это вполне устраивает штаб дивизии. Они не берут на себя подготовку солдат, не проводят операции и не отвечают за срыв разведзаданий. Теперь все спрашивают с нас с полковых ребят. А эти прохвосты сваливают свои срывы и неудачи на нас и от дела отвиливают.

– Да! – подумал я – Практика спаривания разведок оборачивалась развалом общего дела.

В армии не позволяют громогласно и вслух критиковать (распоряжения и) неверные решения и ошибочные приказы. Это была железная логика (метода) всех штабных, чтобы самим не попасть впросак.

Все знали, что люди пошли и напрасно гибнут, что они ни на что не способны и явно тупы и глупы, но все будут стоять до упора на своем и доказывать необходимость такого приказа. Кому все это (одному или нескольким все это шло на пользу) выгодно? (было и на пользу шло?). Я припугнул лейтенанта из дивизионной разведки, но не стал вмешиваться в их подготовку и действия. В ночь на десятое мы вышли с ним в нейтральную полосу. Он показал мне горку, куда его ребята нацелились. Когда мы вернулись, я ему сказал:

– Считай, что через пару дней (на бугорок) ты сюда за языком пойдешь!

– Послушай, капитан! – сказал мне Ложкин, – Напиши в дивизию, чем занимаются здесь дивизионные разведчики. Их лейтенант еще вчера куда-то сбежал. Как вы вернулся после проверки, так и исчез сразу. Солдаты без него не хотят идти в ночной поиск. Говорят, мы больные.

– У меня сейчас дел по горло! – ответил я.

– Мне нужно со своей группой готовить объект, а я со штабом дивизии затею переписку, начнут вызывать, делать очные ставки.

А вообще-то раз ты просишь, то напишу. Они могут нам все дело сорвать. Вот оно это донесение:

13."

"Начальнику штаба 17 гв.СДКД гвардии полковнику Карака.

Доношу, что в ночь на 13 апреля 44 года в ходе подготовки операции по захвату контрольного пленного, план операции с дополнениями и изменениями прилагаю, произошел массовый отказ выхода на исходное положение.