Вариант "Омега" (Операция "Викинг")

Лейтенант, прекрасно зная, к каким последствиям приводят улыбки начальника, вздрогнул, но заставил себя продолжать:

- Мы вели наблюдение на значительном расстоянии... - Он говорил все тише, Маггиль, улыбаясь все шире, вдруг ласково сказал:

- Вы потеряли их, мой мальчик. В работе случается, не волнуйся.

Лейтенант еще более вытянулся, почти выкрикнул:

- Уверен, господин гауптштурмфюрер, ровно в четырнадцать цветочница откроет киоск. Эти шлюхи...

- Конечно, - перебил Маггиль, выйдя из-за стола, обнял лейтенанта за плечи.

- Я тоже уверен, у тебя ведь нет иного выхода.

Прошла ночь, и наступило утро. Для одних оно было радостным, другим сулило неприятности. В четырнадцать часов киоск не открылся, был он закрыт и в пятнадцать. "Танкист" с подручными уже не таясь расхаживали неподалеку, отрывая взгляд от закрытых ставен только для того, чтобы посмотреть на часы. Ровно в четыре часа дня "танкист" и трое в штатском, сев в стоявший у тротуара автомобиль, приехали к дому цветочницы.

Трое в штатском после безуспешных звонков начали ломать дверь, а "танкист" зашел в дом напротив, где был организован пункт наблюдения. Когда "танкист" вышел на улицу в сопровождении дежурившего ночью гестаповца, дверь в домике цветочницы была уже взломана. Лейтенант начал переходить улицу, в это время маленький желтый домик в грохоте и пламени взлетел на воздух.

Майор Симаков положил на стол безопасную бритву, кисточку и мыло, нагнулся и похлопал ладонью чайник, который поставил на электрическую плитку, как только проснулся.

Бок у чайника был чуть теплый. Майор за это время оделся, начистил сапоги, а чайник лениво грелся и даже не посапывал.

Майор вышел в кабинет, раздвинул портьеры, одно окно открыл ночью здесь много курили, и воздух имел кисловатый привкус, - вместе со свежим ветерком в кабинет влетел городской шум. Симаков тихонько приоткрыл дверь и выглянул в приемную. Вера Ивановна спала на диване.

Секретарша жила здесь, выходила из управления лишь затем, чтобы отоварить продовольственные карточки. Обычно она вставала раньше майора, но сегодня обычный распорядок был нарушен. В пять утра, когда Симаков отправился в "опочивальню", он слышал, как стучала машинка. Сейчас он встал, а Вера Ивановна спит, чайник еще не согрелся, нельзя побриться и выпить стакан чаю - следовательно, нельзя и закурить. Это раздражало майора.