Онлайн-библиотека книг
В твердой землей не прокатит, а в более-менее мягкой удара за три можно вполне приличную норку протюкать. И если лошадка на полном галопе в оную угодит, то дальше уже не поскачет. А в идеальном варианте и всадник ее свое отбегает. Полет через голову скачущей лошади плохо сказывается на боевой готовности.
Нельзя сказать, что потери у франков были какие-то особенно большие, так — процентов пять. Но наступательный порыв ослаб настолько, что к вражескому строю шевалье подступили не карьером, а рысцой. И тут свеи не подкачали.
А когда к месту событий наконец-то подоспела французская пехота, то у ее командиров возникла альтернатива: прорваться через своих всадников и вступить в бой… Или не вступить.
Тут кто-то из командования сообразил, что лучшая часть французского рыцарства бесславно гибнет, и отдал спасительную команду. Неправильную.
Загудели трубы, приказывая кавалерии отступить…
И кавалерия отступила. Через собственные пехотные порядки. Превратив их в беспорядки.
А тут еще и городское ополчение подоспело, бодро влившись в это царство хаоса…
— Этак они и сами отобьются… — проворчал Стевнир.
— Да они не просто отобьются, они разобьют франков, чтоб их всех тролли пожрали! — рыкнул Пешеход.
А ведь похоже, что он прав. Хирд пришел в движение. И начал уверенно теснить вражескую массу.
Сверху было отлично видно, как сравнительно узкая полоска свейского хирда отдавливает смешавшиеся ряды французов, отжимает их и раздвигает, да не просто так, а в правильном направлении — к городу. Отжимает и по ходу перестраивается: выделяя из общего строя боевой клин, ориентированный точно на городские ворота.
— Да они сейчас город возьмут! — взревел Хрольв.
Но поторопился.
Во фланг викингам ударил засадный полк графа Роберта. Ударил очень вовремя. И очень мощно. Так что шансов остановить французов у оставшихся в лагере свеев не было…
У свеев не было, зато были у их коров.
Французы выбрали для своей атаки, пожалуй, самое неудачное место. То, где за внешним частоколом располагались обширные загоны для скота. И загоны эти не пустовали. Всякой живности нурманы Бьёрна нагнали в лагерь бессчетное количество.
