И еще Годомята, Трещок и третий, смоленский приказчик Горазда, с которым Сергей был не знаком. Ну и сам купец, конечно.
– Я не иду с вами в Киев,– с порога сказал Духарев.– Прости, Горазд!
– Не виновать себя,– прогудел купец, поднимаясь ему навстречу.– Я все знаю. Передай от меня добрые слова Роговолту. По зиме приходи за своей долей. Или я сам привезу… Коли жив буду.
Он замолчал, и Духарев тоже молчал.
– Ну че, Горазд, я пошел собираться? – проговорил в наступившей тишине Мыш.
Купец и Духарев одновременно посмотрели на мальчишку.
– Оставь его мне!
– Ты можешь остаться с Гораздом! – сказали они тоже одновременно, и оба засмеялись.
– Но… – Мыш колебался.– Ты не берешь меня с собой, брат?
Духарев подошел к нему, наклонился, шепнул в самое ухо:
– Если ты сам хочешь, иди с ним, Момчил. Так правильно. Ты хочешь?
– Хочу… – смущенно проговорил парнишка.– Но… кто будет учить меня биться?
– Драй. Я попрошу его.– Сергей выпрямился и перевел взгляд на купца.– Я доверяю тебе своего брата, Горазд,– произнес он со значением.
– Не беспокойся,– пробасил тот.– Я сделаю из него доброго купца.
– Такого, как ты? – улыбнулся Духарев.
– Не такого толстого,– ухмыльнулся Горазд.
«Как я мог ненавидеть этого человека?» – подумал Серега.
– Горазд! – это сказала Слада, которая все это время тихонько стояла у двери.
– Да, женщина?
– Позволь спросить?
– Спрашивай.
– Вы пойдете в Киев… И дальше?
– Может быть.
Слада кивнула.
– Можно мне попрощаться с братом, Сергей?
– Ну конечно!
– Погоди! – сказал Горазд, и Духарев взглянул на него удивленно.
– Я не пил меда на вашей свадьбе,– усмехнулся купец.
– Так уж вышло,– смущенно проговорил Сергей.– Но мы еще выпьем с тобой и меда, и пива… Обещаю!
– Непременно,– кивнул купец.– Но это будет не скоро. А сейчас я хочу сделать свадебный подарок твоей жене. Ты позволишь?
Не дожидаясь ответа, он открыл один из коробов и достал оттуда холщовый мешочек.
– Подставь ладошки, молодица! – сказал он.– Роди мужу столько красных сыновей, сколько здесь камушков!
И положил в руки Слады гранатовое ожерелье.
То самое.
Мыш и Слада стояли посреди пустой комнаты. Брат и сестра, которые еще никогда не расставались.
– Если вы пойдете дальше Киева… – глядя в сторону, проговорила Слада.– Если вы пойдете дальше и если, да не допустит этого Господь, с вами случится беда, скажи людям, что ты Момчил, из Радов Скопельских.
– И что будет? – тихо спросил брат."
"– Не знаю,– теперь Слада смотрела на него, и глаза ее стали блестящими от влаги.
