Варлок

– Варлок… Варлок… – покатал слово на языке Валентин, а затем попробовал скандировать: – Вар-лок! Вар-лок! А ничего так – мне лично нравится.

– Вот на фига все эти англицизмы? – возмутилась Ольга. – В русском языке что, слова кончились? Вот, например, хорошее имя «Ведун». М-м-м-м… Да. Свободно… «Ведун 139»! Кузьма, хочешь быть «Ведуном 139»?

– Спасибо… но лучше Варлоком, – отказался я от такой сомнительной чести, тем более что моё воображение, похоже, отправилось на зимовку в тёплые края, и в голове упорно вертелись какие-то «Терминаторы» и «Робокопы».

– Как знаешь, – пожала плечами местная начальница. – Дело твоё, но я бы на твоём месте взяла «Ведуна 139». Красиво же звучит!

М-да… у девушки явно было странное представление о прекрасном!

* * *Зайдя в ванную, я быстро переоделся в свою чёрную форму военной кафедры. Портить кампусную повседневку мне как-то не хотелось, а моя гражданская одёжка в виде джинсов, майки и куртки мне могла ещё пригодиться. Комплект же, который мне выдавали на военной кафедре, изначально предназначался для активной физической деятельности.

К тому же в нём действительно было удобно, да и уплотнённые защитные накладки располагались так, что прикрывали суставы и жизненно важные органы, не стесняя движений.

А вот дополнительную защиту, а тем более шлем я оставил дома. Эти штуковины скорее были нужны на поле боя, а не на полуспортивном соревновании, которым на самом деле являлся турнир. Несмотря на всю нагнетаемую вокруг него атмосферу таинственности и нелегальности, которую особо подчёркивали местные студенческие СМИ – безопасность, как говорил Валентин, на этом мероприятии ставилась превыше всего.

В общем-то я мог и не прятаться в ванной, смущать мне сегодня было некого. Андре как ушла утром из общаги, так до сих пор и не вернулась, а ведь на часах уже было почти восемь вечера. Впрочем, тут скорее сказывалась привычка, выработавшаяся у нас за неделю совместной жизни. Всё-таки нам приходилось не просто уживаться в одной комнате, а ещё и учитывать разницу в физиологии мальчиков и девочек.

Правда, стесняло это только меня, потому как именно я старался не смущать лишний раз девушку. Анри же порой чуть ли не голышом носилась по комнате, так словно бы меня здесь и не было вовсе, но стоило только обратить на нее внимание, как она заливалась краской, и в ход шло рукоприкладство.

На кафедре же, за неделю, прошедшую с вводной пары, учебная рутина мало чем отличалась от той, к которой я привык в техникуме.