Варлок

Радужный пони-коммунист, блин…

Я даже был готов согласиться с Гремом, охреневшим от увиденного, а ещё более от того, что ему придётся учить подобного чудика, который в привычной ему манере поинтересовался у высокого собрания: «А не стоит ли сразу пристрелить паренька? Ну, чтобы не мучился!» Так что всем было хорошо, всем было весело, кроме начальника разрушенной лаборатории, которого, похоже, чуть едва не приобнял кондратий, после того как он увидел, что походя, за несчастные восемь секунд, я сотворил с его подотчётным объектом.

Остановившись перед выходом из комнаты, я ещё раз осмотрелся, так, на всякий случай, мало ли чего забыл. На моей половине царил спартанский порядок, сторона же Андре была привычно захламлена. Повсюду валялась одежда, какая-то косметика, баночки, тюбики и прочее чисто женское барахло, от которого поплохело бы любому зашедшему к нам проверяющему. Хмыкнув и пожелав самому себе удачи, я выключил свет и вышел в коридор.

Общагу я покидал не привычным путём через окно нашего этажа, а по-человечески, ибо в кампусе сегодня была такая вот особая ночь, что даже будка охранника на выходе пустовала.

Доехал, как и договаривались, на трамвайчике до Нининого особняка, девушки уже ждали меня в его садике, и Касимова даже посмела заикнуться о том, что я опоздал, хотя приехал я минут на пятнадцать раньше положенного срока, после чего мы вместе отправились на «суперсекретную» подпольную арену, о которой в городе знала последняя собака.

Было приятно вот так вот опять пройтись вдвоём… да пусть даже втроём, по вечерним улицам.

Всё-таки за эту неделю мы с Зайкой виделись очень редко, а Мальвина на занятиях вела себя как отъявленная стерва, из-за чего хотелось её прибить и закопать поглубже, а не пригласить куда-нибудь прогуляться. Нинка же так выматывалась у себя на занятиях, что её хватало исключительно на обязательный моцион до своего домика, да и то с использованием колёсных средств, в котором я по мере возможности должен был её сопровождать.

Почему должен? Не знаю. Как-то так сложилось, да и мне в общем-то была не в тягость подобная обязанность.

Правда, получилось у нас это только во вторник, четверг и сегодня, потому как в остальные дни после уроков я честно отрабатывал назначенные мне дополнительные наряды в кампусе. Но перетаскивание ящиков с места на место, как и другая подобная работа – была мне привычна, и я особо не напрягался, в то время как мои коллеги по наказанию, которых было немало, обиженно пыхтели и старались побольше филонить.