Варрэн-Лин: Узы Стаи

Но самое удивительное было то, что внутри замка кто-то двигался. Динка наклонилась и прильнула любопытным глазом к окошку. Внутри был бал: крошечные песчаные принцы и принцессы кружились в танце, не замечая ничего вокруг.

— Анютка, — послышался укоризненный голос отца. — Не делай так больше.

— Почему? — удивилась мама. — Смотри, как здорово получилось!

Она смеялась и радовалась, как ребенок. Они обе с Динкой хохотали, разглядывая чудесную постройку. И лишь папа выглядел встревоженным.

— Пойми, Анютка, — проговорил он мягко.

— Ты обладаешь невероятными способностями, но для них тебе требуется сила. В тебе этой силы нет. И в твоем мире ее нет. Ты забираешь силу у нашей дочери для своих игр.

— Ну и что? — воскликнула мама, и в ее голосе вдруг зазвенели истеричные нотки. — Ей это тоже нравится! Посмотри на нее, ей это совсем не вредит. Она с радостью поделится с тобой своей силой, чтобы ты мог жить! Почему ты не хочешь попробовать?

— Нет, — отец отрицательно покачал головой, сурово поджав бледные губы, и поднялся с корточек.

— Какая бы ни была необходимость, варрэн не может брать силу у Варрэн-Лин, тем более у такой малышки. Это противоестественно.

— А ты думал, что будет с нами после того, как тебя не станет? — мама вдруг сорвалась в крик, и на глазах ее выступили слезы. — Что будет с твоей драгоценной Варрэн-Лин? Смогу ли я защитить ее, если тебя не будет? Ты об этом подумал?

Динка с удивлением вскинула глаза, переводя взгляд с мамы на папу. Они никогда не ругались, и сегодняшняя вспышка была для нее неожиданностью.

Они стояли друг напротив друга и молча сверлили друг друга напряженными взглядами. Не выдержав разлившейся в воздухе тревоги, Динка широко раскрыла рот и заревела.

Родители тут же забыли о разногласиях и с двух сторон подскочили к ней. Папа попытался подхватить ее на руки, но тяжело охнув, не смог оторвать от земли. И тут мамины руки обвили его предплечья с другой стороны и помогли. Забыв о слезах, Динка завизжала от восторга, подкинутая в воздух и пойманная сразу четырьмя ладонями.

Прижавшись к обоим своим родителям, заключившим ее в двойные объятия, Динка чувствовала себя самой счастливой на свете.

Эти воспоминания Динка не позволяла пролистывать, она упивалась каждой прожитой с родителями минутой, ловила каждый любящий взгляд отца, каждое нежное прикосновение матери.

Динка играла во дворе, оборачивая палочку разноцветными лоскутками и представляя себе, что это маленькая сестренка, когда отец вошел в калитку.