Варрэн-Лин: Узы Стаи

.. — Динка уже задыхалась от рыданий, целуя соленые от слез ресницы, заострившиеся скулы, запавшие щеки. — Я никогда больше не оставлю тебя.

— Ты и раньше говорила, что всегда будешь со мной, — выдохнул он. — А я… я не могу больше… Не могу без тебя.

Динка прижалась губами к его сухим потрескавшимся губам и нежно ласкала их, как он ее учил когда-то. Сначала он неподвижно принимал поцелуй, никак не реагируя. Динка скользнула ему в рот языком в перевернутом поцелуе и потерлась чувствительной спинкой языка по шершавой поверхности его языка.

Ответил ей на поцелуй голодными укусами, до крови всадив ей в губу свои клыки. Динка не уступила ни на миг, впиваясь в его рот также агрессивно, толкая языком его язык и овладевая его ртом, несмотря на сопротивление. Он руками отстранил ее голову от себя и распахнул глаза. Некоторое время Динка молча смотрела в его яркие зеленые глаза, полные слез, словно озера.

— Козочка моя, ты снова пришла за мной, — прошептал он, и крупные капли выскользнули из уголков глаз и проложили влажную дорожку к вискам.

— Не называй меня козой, сколько раз тебе повторять, — всхлипнула Динка, стирая кулаком свои слезы, неудержимо бегущие по щекам. — Назови меня по имени. Кто я?

— Ты Динка, — улыбнулся Шторос. — Моя Динка!

Он стремительно поднялся и, прижав ее к себе, кувыркнулся в траву вместе с ней. В ее сознание ворвались его мысли в виде ярких реалистичных образов.

— Эй-эй! Динка, Шторос, может достаточно? — окликнувший их голос мгновенно вернул Динку в настоящий момент.

Она обнаружила, что стоит на четвереньках, тяжело дыша и едва сдерживаясь, чтобы не застонать от разбуженного желания. Шторос, держащий ее за бедра и вжимающийся пахом между ее ягодиц, недовольно оскалился в сторону товарищей. Тирсвад стоял у дерева, скрестив на груди руки и насмешливо ухмыляясь. Дайм с Хоегардом сидели на траве и со снисходительными улыбками наблюдали за их играми.

Динка, смутившись, вывернулась из захвата Штороса, все еще пытавшегося удержать ее в позе на четвереньках, поправила одежду и, развернувшись, обвила руками его шею, заглядывая в лицо.

— Пойдемте в дом, — снова заговорил Хоегард. — Там для Динки приготовили ванну и ужин.

Но Шторос, словно не слышал его, разглядывая Динкины глаза.

— Пошли, — прошептала Динка, встала и потянула его за собой. — Тебе тоже нужно поесть.