— А что будем делать мы?
— Сидеть здесь и ждать, когда он вылезет из своей норы, — ответил Вадим, ныряя в трюм.
Достав оттуда ящик с горшками, он принялся привязывать их к стрелам, одновременно всматриваясь в окрестные скалы. Вскоре четыре лёгкие лодки были спущены на воду, и Вадим принялся проводить последний инструктаж. Объяснив воинам, что именно от них требуется, он ещё раз осмотрелся и махнул рукой, давая северянам команду на выход.
С криками и улюлюканьем воины высадились на берег и, расхватав луки, ринулись в глубь острова.
Оставшиеся у каяков воины вышли на пляж и принялись прогуливаться, держа руки поближе к оружию. Наложив болт на ложе, Вадим внимательно всматривался в скалы, пытаясь заметить хоть какое-то шевеление."
"Но время шло, а на пляже ничего не менялось. К удивлению оставшихся, охотникам повезло, и вскоре они вернулись с добычей. Молодой самец оленя висел на жерди, которую воины несли на плечах. Быстро посовещавшись, командиры приняли решение, и вскоре Свейн отправился на берег.
Разведя костёр, воины принялись жарить добычу.
Как только мясо поспело, тушу погрузили в лодку, и охотники вернулись на корабль. На пляже специально оставили догорающий костёр и потроха оленя. По команде Свейна корабль отогнали на глубину, и вахтенным было приказано старательно следить за берегом. Быстро уничтожив мясо, воины устроились отдыхать.
Очень скоро палуба огласилась богатырским храпом Рольфа, но Вадиму не спалось. Ощущение чужого взгляда пропало с тех пор, как на фьорд упала тьма, но это не значило, что можно расслабиться и забыть о цели их приезда.
Он что-то упускал, но что именно, понять не мог. Неожиданно один из вахтенных быстро пробежал к банке Вадима и, присев, осторожно потряс его за плечо.
— Что? — тихо спросил Вадим, моментально приподнявшись.
— На берегу что-то есть. У костра то и дело кто-то движется.
— Кто, видел?
— Я же не Свен. Это у него глаза, как у совы, — фыркнул в ответ воин.
— Тогда буди Свена, — приказал Вадим, вскакивая и направляясь к метателю.
Парень появился через несколько минут, почёсываясь и нещадно зевая.
— Чего тебе? — буркнул он, едва не сворачивая себе челюсть в смачном зевке.
— Смотри на берег, только внимательно, — тихо зарычал Вадим.
Небрежно оглянувшись через плечо, парень замер и, неожиданно вздрогнув, тихо выругался. Быстро пройдя к борту, он всмотрелся в темноту и, повернувшись, сказал:
— Вышел. Будь я проклят, Валдин. Он вышел.
