Варварский берег

– Это засада, капитан!

– А то я не вижу… – проворчал Сухов. – Понч! – Всё готово! Угу…

Едва слышный, с «Сен-Эспри» донесся звук горна, и тотчас же флагман украсился цветастыми сигналами – это была знаменитая трехфлажка, изобретенная незабвенным де Рюйтером.

Олег направил трубу на флажки.

– Эй! Нам приказано атаковать шебеки! Красную и черную!

В ту же минуту прогремел гром залпа – первыми открыли огонь пираты «Меццоморте».

«Аль-Мансурия» и «Аль-Музаффар» окутались тучами дыма, обстреливая «Сен-Эспри».

«Дюк» де Турвиля двинулся к западу, чтобы, меняя галсы, подойти флагману на выручку.

Приходилось лавировать, что для фрегата с полусотней орудий на борту было непросто.

Однако делать было нечего – встречный ветер с юга, задувший так не вовремя, помогал берберам и мешал французам.

Громадный «Сен-Эспри» заворочался, ломая строй, и ахнул всем бортом, поражая молодцев Мезаморты, но и самому флагману досталось – Олег даже дымки различил на его палубе.

Надо полагать, пираты стреляли калеными ядрами.

В самом деле, третий по счету фрегат турецкого дерья-бея приближался, следуя за шестеркой шебек.

Он не стрелял, медленно продвигаясь под углом к ветру. Зато шебеки, выставившие косые паруса, шли довольно-таки шустро.

Первым от них пострадал пинас «Хамекон» – два пиратских корабля, обходя француза, открыли огонь из носовых и части бортовых орудий.

Вот только обгонять пинас они не стали, как можно было ожидать. Зачем подставляться?

Дав залп, шебеки отвернули, пропуская следующую парочку.

Грот-мачта на «Хамеконе» накренилась, пинас развернуло ветром, и тамошние пушкари тотчас же выстрелили, накрывая одну из шебек.

А той как с гуся вода.

Третий французский фрегат, «Шеваль-Марин», развернулся и двинулся с попутным ветром, экономно тратя снаряды.

Шебеки, словно волки на медведя, бросились к нему, окружая и паля из орудий.

– К-капитан! Ш-шебека!

– Вижу, Бастиан… Понч! – Готово!

– Нижним деком! Огонь!

«Ретвизан» вздрогнул, извергая облако белого дыма.

Когда оно рассеялось, на красной шебеке явно прибавилось работы плотникам – ядра кое-где вышибли фальшборт, зияли отверстия в надстройке.

Тут же прилетела ответка – восемь бортовых пушек с шебеки грохнули почти одновременно.

Флейт едва ощутимо вздрагивал, принимая подарки в два окка весом – фунта четыре или чуть больше. Ядрышки.

Подвернув кормой, красная дала залп из кормовых орудий.