Варварский берег

Ты не думай! Мы постоянно пользовались легендами: одним говорили, что археологией занимаемся, другим еще чего, а Воронову сказали, что ищем места силы. В общем, эти Хранители бдят, и для посторонних у них вход в портал строго воспрещен. А уж если кто и проник куда не надо, то они этих нарушителей вылавливают и обратно в родимое времечко… того… пинка дают. А вот Регуляторы следят за тем, чтобы история шла своим чередом, чтобы никаких тебе хроноклазмов и эффектов бабочек! Но я так и не понял, кто такой Корнелий… Угу.

– Капитан! – крикнул вахтенный. – Огонь слева по борту!

– Ага! – оживился Олег.

Вскочив, он пригляделся. Далеко-далеко мерцали два огонька. Два костра, разожженные Айюром.

Прошло меньше часа, когда впереди завиднелся темный контур островка. Костры еще горели, а тут и факел зажегся, закружил в сторону от костров.

– Право руля! Паруса долой! Шлюпку на воду!

Еще недолго, еще чуть-чуть, и довольный Айюр очутился на палубе. Многие не спали или проснулись, так что встречали «суперагента» всем экипажем.

– Оба пинаса почти не охраняются, – докладывал взбудораженный бербер, – вся команда на них, в трюмах, а пираты поверху ходят, тюремщиков изображая!

– Отлично! – кивнул Олег. – Расскажешь всё Дюкену, скоро у нас рандеву. Бастиан, отходим мористее и дожидаемся эскадру!

Французские фрегаты появлялись из темноты безмолвными и пугающими громадами.

По слабому трепету свечи в единственном фонаре Сухов опознал «Сен-Эспри».

Разумеется, лейтенант-генерал не спал и принял капитана де Монтиньи тотчас же.

Если бы на островах архипелага, прозванного Тысячеголовым, кто-нибудь жил и вышел бы подышать свежим воздухом, то он увидел бы, как мимо, осиянные лунным светом, неторопливо проходят корабли.

Несомые ветром, фрегаты и флейты шли не быстро, угадывая путь, подсказанный заранее: справа от большого острова с раздвоенной вершиной, между двух островков, похожих на горбы верблюда.

Луна зашла, когда флотилия Дюкена приблизилась к Альф-Раас. Добровольцы на шлюпках погребли в сторону малой гавани – снимать часовых, освобождать своих, уводить «Ривьеру» и «Сен-Мишель» в открытое море.

А основные силы готовились затеять большую суматоху, да с фейерверком.

Сухов поймал себя на том, что нервничает. Закрыл глаза, сосчитал до десяти и подумал, что этим утром он выйдет в обратный путь.