На тебе нет клейма, и теперь невозможно узнать, из рук какого мастера вышло такое чудесное создание. Отчего он пожелал скрыть свое имя? Почему мальчик уверен, что твое лицо изменилось?»
– Кто ты такая, Абигайль? – тихо спросила миссис Норидж.
Осторожно сняв с куклы платье, она ощупала мягкое тело. Только кисти рук, ноги ниже колен и голова у Абигайль были фарфоровыми; они крепились к набивному телу из ткани с пропиткой. Мастер – если это был один человек – сделал и кисти, и стопы довольно небрежно.
Все внимание он уделил лицу. Рассматривая его при свете лампы, гувернантка вновь восхитилась живостью выражения. Эта кукла не была похожа ни на одну из тех, которых ей доводилось видеть прежде.
– Тебя сделали в единственном экземпляре!
Люди, охотившиеся за куклой, вряд ли желали заполучить ее только ради прелестного лица.
Если внутри что-то и хранилось, оно было спрятано в набивном теле, и, поколебавшись, миссис Норидж достала ножницы из рукодельного набора Агнес.
* * *– Как вам спалось, Роберт? – спросила миссис Норидж на следующее утро, зайдя к мальчику. Тот уже сидел на кровати и щурился, глядя, как горничная раздвигает шторы.
– Приснилось, что мне подарили пони!
– Прекрасный сон. Для катания верхом необходимо укреплять спину, так что приготовьтесь, умывшись, сразу же заняться гимнастикой.
После завтрака гувернантка сказала:
– Мы можем отнести Абигайль в другое место, если вам не нравится учиться в ее обществе.
Но Роберт, подумав, решил, что сегодня кукла не вызывает у него такого ужаса, как прежде.
– Вы узнали, почему она стала улыбаться? – спросил он, с надеждой глядя на гувернантку.
– Еще нет, Роберт. Но я приложу к этому все усилия.
В свой выходной день миссис Норидж отправилась в Росдейл. Но прежде она вооружилась рекомендациями Барри Гринвича, родственник которого много лет нес службу в полиции. Миссис Норидж доводилось раньше слышать его имя.
Инспектор Джервис предложил ей присесть, прочитал переданное ему письмо и спросил, чем он может быть полезен.
– Какие-то люди в последнее время проявляли повышенный интерес к поместью Малкотт, где я работаю, – сказала миссис Норидж. – Я опасаюсь, что мы имеем дело с грабителями. Полковник и леди Малкотт довольно беззаботны, но моему попечению вверены дети, и вы понимаете, инспектор, я не могу не волноваться.
Быть может, инспектор отнесся бы формально к просьбе немолодой гувернантки.
