Ваше Сиятельство 11 (+иллюстрации)

— Позволь, помогу поднять, — было вызвался я, но поймав гневный взгляд бога остановился.

— Идем, Элиз. Придется подчиниться, чтобы не навредить, — я обнял англичанку, которая, глядя на Майкла замерла и не могла сдвинуться с места. — Элиз, идем! — настоял я и повел баронессу к дальней мраморной купальне, где журчала вода одного из множества Светлых Источников Геры.

Там, на поляне за кустами цветущего олеандра в тревожном ожидании сидела Бондарева с виконтом Бабским.

— Здорово получается, ваше сиятельство, — подал голос Алексей, когда мы приблизились.

— Это как нам понимать?.. Вот мы тут с Натальей Петровной гадаем: настоящие ли это боги или все видение. Если видение, то надо признать, сила вашего ментального давления на наши умы просто невозможной величины. А если это…

— Да, Алексей Давыдович, признать надо, что логичность твоих умозаключений имеет величину просто невозможную. Если продолжить твои рассуждения, то получается, что я, вместо того чтобы вырвать у смерти барона Милтона, решил всех одурачить — поиграть в бессмысленные иллюзии.

Наслал видение, будто появились какие-то там боги и делают вид, что исцеляют Майкла. Так по-твоему? — я сел на каменную скамью напротив него, бросив взгляд на штабс-капитана: было интересно, разделяет ли она глупость, озвученную поручиком.

— Ну, нет, не так. Просто, если боги настоящие, то… — Бабский возвел свои веселые глаза к небу, заулыбался.

— Что «то»? — мне стал интересен ход его мыслей.

— То каким образом вы это… целовались с самой Артемидой? Так же не может быть, — произнес он, не прекращая любоваться закатом и золотистыми облаками, наплывавшими со стороны снежных гор.

— Вот Наталья Петровна говорит…

— Молчите, поручик! — тихо шикнула на него Бондарева.

— А ваша версия, Наталья Петровна, какова? — спросил я, очередной раз отмечая, что Наташа на самом деле очень похожа на Афину. Хотя похожа она только внешне. Характер у штабс-капитана куда более капризный. С другой стороны, мы с Афиной друзья с древних времен, вместе мы пережили много приключений, и это одна их причин, почему Светлоокая так расположена ко мне.

Ведь с другими она бывает вовсе не мила.

— Корнет, я в состоянии отличить реальность от иллюзии, — Бондарева зачерпнула ладонью воду из мраморной чаши и брызнула в мою сторону. — Не знаю, почему с этим такие сложности у поручика. Видимо, он где-то не доучился или ему легче жить фантазиями. Моя версия такая: вы, Александр Петрович, бабник.