Ваше Сиятельство 11 (+иллюстрации)

Был ли он послан охотниками за моими тайнами или имелись у него какие-то иные цели? Это предстояло выяснить. Возможно, в нашей ситуации он оказался человеком подневольным. Поэтому, до выяснения всех обстоятельств и его роли в этой истории, я решил на поручика слишком не давить.

— Наташ, ты подожди. Тебе он может не ответить правду. Вопросы должен задавать я: ментальные подвязки мои — правильно реагировать будет он только на меня. И действие «Инквизитора» ограничено по времени, поэтому спрашиваем только о самом важном, — терпеливо пояснил я Бондаревой, затем обратился к Бабскому: — Давай, Леш, исповедуйся: какие цели ставил тебе Рыков?

— Следить за вами, ваше сиятельство.

Неотрывно следить, пытаться понять, какие магические схемы используете. Ведь всем же интересно, как вы это делаете. Мне самому интересно. В Коллегии много разговором было на этот счет, — тяжко дыша, он поднял взгляд к небу, где появились первые звезды.

Я почувствовал, что действие «Инквизитора» ослабевает — слишком быстро менталист справлялся с моими подвязками.

Я обычными людьми намного проще. Ум менталиста устроен чуть иначе: он так и норовит выскользнуть из устроенной мной ловушки. Я сказал виконту:

— Давай быстро и по существу. В сторону от вопросов не отклоняться. Выкладывай: еще какие-то задачи Рыков или кто-то инной из Коллегии ставил?

— Рыков — только он со мной работал. Правда потом, Иляджинов — это ближайший помощник Гермеса Степановича. Тот проводил сеанс ментальных установок, ставил защиту, чтобы вы меня не раскусили.

Гермес Степанович строго повелел следить за Натальей Петровной. Его очень заботит отношение Наталии Петровны к вами, потому как он видел на ее коммуникаторе информацию о вас и несколько фото крупным планом. Еще подборку прессы со статьями тоже о вас.

— Это было в рамках моей службы! Я должна знать, кто в моем подразделении! — не выдержала Бондарева.

— Я так и подумал, Наташ — все исключительно в служебных интересах, — погладив ее ладошку, я вернулся к поручику: — Продолжай, Алексей.

Что еще ты должен был сделать для Рыкова?

— Я же сказал: следить, по возможности быть всегда рядом с Натальей Петровной. Запоминать ваши разговоры, передать все ему по возможности дословно. Ментальную составляющую, эмоциональные всплески тоже срисовать для него. Тут все ясно: ревнует, старый козел, — Бабский осклабился, последние слова ему явно дались с удовольствием. — Полагаю, это было главным, а не ваша нестандартная магия.

— Ах ты!.. — Наташа не договорила.