Там имеют значение деньги, и это причина почему бои на их ринге проходят относительно честно.
— Ты предлагаешь, драться с ним в их клубе? — удивился я.
— Конечно, нет. Там будет еще хуже — это их клуб, — сказал он, разглаживая отклеившийся пластырь на лице. — Я только объяснил, как происходило со мной. Тебе предлагаю не спешить, отложить это на неделю-две и подготовить нашу команду. Если не спешить, то можно со школы привлечь наших человек десять-пятнадцать. Тогда условия чуть изменятся.
— Еграм, честно говоря, тронут и спасибо за советы и помощь, но пусть это случится завтра.
Как ты понял, теперь я — маг. Достаточно сильный маг, и если что-то пойдет не так, то с моей стороны тоже будут сюрпризы, — сказал я, при этом понимая, что Сухров во многом прав. Тысячу раз я убеждался, что нельзя недооценивать противника, тысячу раз сожалел из-за лишней поспешности. Но я — Астерий, и знаю еще одну истину. Истину более высокую: любая жизнь, это лишь игра, и я в ней для того, чтобы наслаждаться ее вкусом, пусть даже он будет иногда горьким.
Я рискну в этот раз — я так хочу. Как я рискнул, идя на поединок с тем же Сухровым и зная, что в его окружении что-то замышляют. Посмотрим, что выйдет. У меня есть свои задумки и свои хитрости. Можно, конечно, сейчас отложить карты и ждать более благоприятного момента, но я так не хочу.
— Твое право. Большой плюс к уважению тебя. Но имей в виду: если ты считаешь себя сильным магом, то у «Волков» тоже есть такие. У них дважды проводились поединки магов, и это было очень серьезно.
В общем, предупредил, дальше сам думай, — сказал он и направился к ожидавшему его Лужину.
— Ты с ними уже дружишь? — удивилась Айлин, когда я вернулся к ней.
— Нет, просто старое забывается. Теперь у нас складываются нормальные отношения. Еще появилось небольшое общее дело, — пояснил я, беря ее за руку и направляясь к воротам.
— Почему он говорит, что ты очень рискуешь? — госпожа Синицына с тревогой поглядывала на меня.
— Ай-лин… Это ему так кажется, что я рискую.
Потому, что он не совсем хорошо меня знает. Давай не будем об этом сейчас, — я забеспокоился, что она начнет расспрашивать о том, что мы запланировали с Еграмом на завтра, и мне придется врать — ведь правду в данном случае не скажешь."
"— Саш, мне тревожно. Не надо иметь общих дел с Сухровым. Ты сегодня не хочешь пойти ко мне, завтра что-то замышляешь и не хочешь мне говорить. Саш, ну, пожалуйста, не надо так! — она требовательно подергала меня за руку.
