Разве ты это не понял? Ты, мой мальчик, испытаешь такое, что потом будешь меня умолять о встрече, — она справилась с застежкой и мой напряженный член уже ласкала ее ладонь.
Поначалу я хотел прекратить это приятнейшее безобразие, но передумал. Посмотрим, до чего дойдет увлечение миссис Барнс, которой явно не хватает члена Теодора. Или не Теодора? Как я понял, муж для нее давно перестал быть привлекательным.
— Наверняка, у тебя много молодых девочек, но они не могут дать тебе то, что могу я, — она наклонилась и лизнула головку моего члена.
— Я вижу, тебе очень понравилось, как я тебя дрыгнул? Да, Элиз? — я отклонился чуть назад, давая больше свободы ее бессовестным шалостям.
— Да, — она провела кончиком языка до основания, и подняла голову ко мне, глядя полными похоти глазами. — Ты настоящий демон. У меня внутри все до сих пор дрожит. Можно подумать тебе это не понравилось.
— Не отвлекайся, — я положил ладонь ей на затылок. — Представь, что мы уже в «Ноттингеме».
— Какой ты нехороший, — она начала посасывать, иногда пуская в ход зубки, и когда мне становилось не так приятно, как я того хотел, я тихонько дергал ее за волосы.
— Ты в самом деле злой демон, — мне показалось, она сейчас замяукает прямо в мой член.
В том, что она делает очень хорошие минеты, я прочувствовал это еще первый раз. Сейчас она просто играла мной, чувствуя мои реакции, впуская член глубоко, глотая его. Глотая полностью, так что ее зубки сжимали основание моего бойца — и вот здесь впору было испугаться. Потом Элизабет благодушно отпускала его, полностью вынимала из ротика, чтобы подразнить языком.
Когда я почти дошел до пика ощущений, чеширская стерва остановилась. Подняла голову и, посмеиваясь, сказала:
— Ну так, хочешь продолжения?
— Да, — хрипло ответил я. Если бы мы были не в эрмимобиле и впереди не сидел извозчик, часто поглядывающий в зеркальце, то я бы тут же сорвал с нее одежду, поставил ее раком и беспощадно оттрахал.
— Нет, демон. Только если пойдешь со мной в «Ноттингем», — она убрала руку с моего члена, а мы между тем подъезжали к ее отелю — осталось полтора квартала.
— Пусть тебя трахает Теодор, — сказал я, пытаясь застегнуть джаны, хотя в данный момент это было почти невозможно.
— Не сердись, Алекс. Мы с тобой еще ни раз увидимся, — она глянула в окно, на проплывшую мимо статую Деметры, освещенную синими лучами прожекторами. За статуей огромной статуей, начиналась площадь Земледельцев — гостиница, где поселилась миссис Барнс был с другой стороны.
