По пути к двери случился лишь один маленький казус: слетел ведьмин колпак с головы Ероши, обнажая затылок, разбитый почти до мозга. И старушка, та самая, что ехала с нами на подъемнике, увидев это крайне неприглядное зрелище, заохала и упала в обморок. А старик, крепко сжимая руку маленького мальчика, сказал:
— Я же говорил, у него не в порядке с головой!"
"Плотно взяв под контроль Ерофея, я последовал за ним и охранниками к двери. При этом держа дистанцию в десяток шагов, чтобы наше с Талией присутствие слишком не связывали с рыжим бароном.
Когда Ерофея вывели на улицу и отпустили, я едва удержал его равновесие — зомби чуть не слетел со ступенек.
— До дома, господин доберетесь? — проявил заботу один из охранников.
Ерофей, разумеется, молчал, и с моей помощью сделал несколько неуверенных шагов по лестнице.
— Доберетесь? Может вам эрмик вызвать? — спросил второй охранник.
— Блядь! — хрипло отозвался барон Семенов, и Талия вцепилась в мою руку, заливаясь смехом.
Разумеется, я не давал команды зомби говорить это словечко.
Теоретически такое могло произойти само собой: у чтлаха, ставшего основой тонкого тела Ерофея, имеются кое-какие зачатки разумности, плюс увеличенное ментальное тело и некоторые мои установки — все это в сумме могло поспособствовать к повторению некоторых действий и даже некоторому осознанию их. Я даже подумал, что таким образом вполне можно создать что-то вроде биоробота, с гораздо более широкими возможностями и начальным интеллектом.
Охранникам я сказал:
— Видно сильно напился. В таком состоянии даже не сможет объяснить, куда ему нужно ехать. Пусть походит по свежему воздуху, немного протрезвеет.
— Пусть походит, — согласился стоявший ко мне ближе. — Лишь бы к нам в гостиницу не лез.
Я ничего не стал отвечать, делая вид, что мне нет дела ни до «пьяного» барона, ни до проблем охраны отеля, но тем временем направил Ерофея к переходу на Павелецкую площадь. Мне пришлось последовать за ним, чтобы довести его до сквера и где-нибудь там усадить на лавочку.
— Елецкий, ты умеешь быть веселым! — сказала Талия, когда мы немного отошли от «Божественной Высоты». — Вот сегодня очень порадовал! И тот раз, когда мы виману угнали, и когда Лиса подушкой душили — как же здорово это было! Ну, умеешь же ты, блядь такая, быть нормальным. Я тебя просто обожаю, когда ты такой. Но почему чаще всего ты становишься занудой?
Я не знал, что ей ответить.
