Вскоре под нами проплыла цепь холмов, впереди показалась вышка с крупными шарами эрминговых концентраторов, рядом в сети проводов распределительная станция. Дальше виднелся ряд зданий двух и трехэтажных, ангары или какие-то склады, левее довольно обширный палаточный городок. Но не это сейчас привлекло мое внимание, а сверкающий на солнце сталью и бронзой летающий крейсер. Выпустив опоры, он стоял на краю посадочной площадки — настоящий гигант на фоне гражданских виман.
— Крейсер проекта «Атлантик 12», постройки 4 344 года, — привстав с дивана, сказал я.
— Таких всего три на всю империю. Скорее всего это «Ахилл» или «Победитель».
— Верно, это «Ахилл», — с довольной улыбкой подтвердил князь. — Огневая мощь близка к линкору «Мурманск». Представляешь, Саш, в какую силу он превратиться, если на него поставить твои эрминговые преобразователи, разумеется, в синхронной связке?"
"— Так мы их поставим, Борис Егорович. Обязательно поставим! — заверил я, и дальше из меня так и вырвались слова прежнего Елецкого: — Я никогда не был на летающем крейсере.
Только на корвете один раз с отцом.
— Намек понял, — рассмеялся князь. — Вместе с Ольгой там побываете сегодня или завтра.
Княжеский «Орион» закладывал вираж, заходя с запада на посадочную площадку, и только сейчас я заметил, что за «Ахиллом» притаилось две боевых виманы поменьше: длинные, остроносые, со сдвоенными трубами ракетных установок — новые модели быстроходных корветов.
— Сергей Семенович, мы прибыли. Садимся, — сказал Ковалевский в эйхос.
— Если транспорт свободный есть, высылай. Жалко мне вовсе не ноги, а время. В том числе и время самого Александра Петровича Елецкого.
Наверное, спиной почувствовав мое недоумение, князь повернулся и пояснил:
— Сань, а что тебя удивляет? Ты здесь — птица важная. Поэтому, пусть сразу начинают с соответствующего уважения. И если царевич позволит, то тебе пояснят почему ты такая важная птица. Дело не только в твоих магических способностях. Но более говорить не смею — здесь на все воля Дениса Филофеевича.
Служим мы Отечеству, но под его высочайшим началом.
— Сергей Семенович — это князь Трубецкой? — догадался я.
— Именно генерал первого имперского табеля Трубецкой Сергей Семенович, — подтвердил Ковалевский, сажая виману на самый край посадочной площадки, ближе к грунтовой дороге. — Он здесь всем заправляет.
«Орион» вздрогнул от касания земли и застыл.
— Надо же, самого Александра Петровича Елецкого! — посмеиваясь, шепнула мне Ольга на ухо.
