Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Он был обычным боярским сыном купленным за долги дворянином Зосимой Ивановичем Лужиным, но учили же, тратили время и деньги, Гиппократа читали, пусть теперь отрабатывает. Его у Лужина Юрий Васильевич выкупил давно уже, но на зиму Зайцев запросился из Москвы, где продолжил учёбу к себе в деревню. Там женка, там четверо детишек. Там даже внук один уже народился.

— Ну, считай каникулы у тебя, — отпустил его после Рождества Юрий Васильевич. И забыл о нём. Крутился с вооружением своего отряда, да отравили потом. В общем — забыл, и ни разу пока до Калуги не добрался не вспомнил.

Ну, теперь лекарь, вон, на носу кораблика сидит и веслом ворочает вместе с остальными. Движитель у лодей комбинированный — пять пар вёсел и парус прямой. В сумме, если, как сейчас, ветер попутный, то скорость, с учетом того, что ещё и вниз по течению плывут, приличная. Быстренько эти стрежени за бортом сменяются. Купцы, правда, говорят, что долго такое счастье не продлится, дальше река так петлять начнёт, что парус прямой не помогать, а мешать начнёт.

Ещё на второй лодье плывет с ними тот самый нашедшийся татарин Ахметка — холоп князя Трубецкого, которого Юрий Васильевич из «тюрьмы» выкупил. Его казнить было вроде не за что, но и отпускать никто не спешил. Юрий, используя «служебное положение», нашёл его, и за рубль у подьячего выкупил, мол, объяви умершим. Тогда уже задумывался, что нужен хороший переводчик, который оба языка знает в совершенстве.

Сказать, что Ахмет стал бога молить за здоровье князя Углицкого за своё освобождение, так не правда будет.

Рук не целовал, на колени не падал. Достойно себя вёл. Но не сбежал, как от Трубецкого, и даже с охотой учился грамоте, счёту и играть в шахматы. И очень всё легко ему давалось. Память очень хорошая у татарина крещёного. Этот отпросился у Юрия в Калугу где-то за неделю до отъезда, мол, перед войной с роднёй попрощаюсь. Оказывается, в Калуге у него несколько родичей живёт. Коней и овец разводят, лечат лошадей. Знатные и известные на все окрестности коновалы.

А ещё Юрий взял с собой Егорку Коноплёва.

А чего бы не взять⁈ Раз появилась вторая лодья, то её набить чем-то или кем-то надо. Не дешево досталась.

Скука! Песня есть у Асмолова.

Домом эту лодью назвать тяжело. Маловата будет. Это только название громкое — ушкуй. На самом деле просто большая лодка. Размеры примерно такие: четырнадцать метров в длину, два с половиной, а в самом широком месте три метра в ширину, осадка судна — чуть больше полуметра, при высоте борта один метр.