Так, с улыбкою, дошла до первой попавшейся корчмы, заглянула… На террасе расположились моряки… или речники – раз уж река здесь, не море… или рыбаки то были, а, впрочем, какая разница? Приятные улыбчивые парни. Увидев девчонку, обернулись разом.
– Э, красавица! Садись с нами обедать!
Мара широко улыбнулась, ответила так же, по-татарски:
– А ведь и сяду!
– Вах, дева! Чего хочешь – ешь! Эй, корчмарь, вина неси, да.
Беглянка даже застеснялась:
– Да вино-то уж ладно.
– Для такой красавицы ничего не жаль!
Несмотря на похвальбу, кушали все чечевичную похлебку, заедая свежими лепешками и сыром.
– Ты откуда такая красивая?
– Э, Ашраф, хватит – дай девушке поесть.
– Мой отец – шорник. А я нынче купаться пошла, подружки отказались, так я одна – водичка хорошая, теплая.
– Эй, вах! Приходи с нами купаться. И подружек приводи, да!
– Ашраф, хватит деву смущать – сейчас в лоб получишь!
– Э, зачем в лоб, да? Просто предложил, а!
– Знаете, а у меня башмаки волнами унесло.
– Ха! Что ж ты не ловила-то, растеряша?
– Еще и на ракушку наступила… Как без башмаков пойду?
– Болит нога-то? Ах, давай посмотрю.
– Опять ты, Ашраф, за свое. Смотри, дождешься. А девушке мы башмаки найдем… Тебя как звать-то, краса?
– Ма… Марьям.
– Красивое имя! Мою дочку так звать.
– И мою старшую сестру – тоже!
– Ашраф, при чем тут твоя старшая сестра? Марьям башмаки надо! У корчемных бы и спросил.
– Ха! Да я ж мигом.
Простившись с парнями – есть и в Орде добрые люди! – Мара пошла в город уже в башмаках – пусть старые и немного жали – и с прихваченной на дворе корчмы дырявой корзинкою – чтоб видно было, что не шляется по улицам без всякого дела, а, наоборот – девушка солидная, чья-то дочь или даже любимая жена, или, уж по крайней мере, прислуга в зажиточном доме.
Беглянка не прошла и полсотни шагов, как ее окликнули:
– Э, красавица, куда идешь?
Мара напряженно обернулась, в любой момент готовая броситься в бегство, куда глядят глаза. И тут же расслабленно улыбнулась, увидев позади странную повозку, запряженную в пару гнедых – длинную, шагов в десять, телегу с маленькими колесами и устроенными вдоль двумя широкими, обитыми красной материей, лавками, на которых сидела пара добротно одетых мужчин, как видно – купцов или приказчиков.
– Садись, милая, подвезу! – галантно предложил возчик – смуглый, в красном тюрбане и бархатном, такого же цвета жилете – усач.
– А… вы куда едете?
– А тебе куда надо?
– К русскому подворью, там есть одна лавка.
