Ему мы как дети, меж собою как братья. А коли меж себя предстоятеля выбираем, так то по общему согласию и за заслуги духовные.
– То есть в Сарайской епархии нужно поменять выборщиков? – сделал логичный вывод Егор.
– Я не могу стать их пастырем, сын мой, коли уже стал архиепископом новгородским, – Симеон ключиком открыл дверцу шкафа, достал свиток. – Нет, конечно же, приходами новыми епархия новгородская прирастать может. Но сами епархии лишь патриарху Вселенскому склоняются и митрополиту, им присланному.
Сие же есть грамота от оного, митрополита Киевского Фотия, из храма Софии изгнанного и в печали великой во Владимир отъехавшего.
Архиепископ протянул свиток гостю. Егор – зная, что прочитать не сможет – сделал вид, что жеста не понял, и просто спросил:
– И чего там у него случилось?"
"– Иерархи литовские митрополиту Фотию отречение прислали, – Симеон развернул свиток, прочитал вслух:
– «Бывшему до сих пор митрополиту Киевскому и всея России Фотию мы, епископы Киевской митрополии, пишем по благодати св.
Духа: с тех пор как ты пришел, видели мы, что многое делаешь ты не по правилам апостольским и греческим, а мы по правилам терпели и ждали от тебя исправления; но мы услышали о тебе и уверились о некоторой вещи, которая не только не по правилам, но и подвергает тебя извержению и проклятию, и ты сам сознаешься в этом, испытав свою совесть, а мы не пишем о ней, не желая срамить себя; и так объявляет тебе, что по правилам не признаем тебя за епископа, и это есть наше конечное к тебе слово!»[42]
– Что же он такое сделал? – поинтересовался Егор.
– В грамоте своей митрополит Фотий торопится уверить меня, что словами сими князь Витовт напраслину на него возводит, стремясь раскол в православие русское внести, митрополию свою создать и после унию с латинянами, Богом проклятыми провести, дабы союз с Польшей не токмо на земле, но и в душах слуг его имелся.
Егор промолчал.
Историком он был слабым, однако помнил, что весь этот фокус ляхам провернуть в итоге удалось. С дальнейшим жесточайшим мордованием православного люда и чуть ли не полным выкорчевыванием греческой веры из своего государства.
– Уже не первый год в Литве некий Григорий, игумен Плинаирского монастыря, во главе дел церковных поставлен. Его же князь Витовт уже не в первый раз требует от патриарха в сан митрополита литовского возвести.
