Онлайн-библиотека книг
– Что вы себе позволяете?! Это вы моего мальчика выгнали! Как так можно? Он, бедный, так старался, так старался…
– Вы заболели, – Джио произнесла это с нажимом.
И тетушка замолчала, лишь спросив:
– Я?
– Вы.
– Заболела?
– Именно.
– Глупости, – она встрепенулась. – Я никогда не болею. Я на редкость здорова. И могла бы родить много здоровых детей. И не моя вина, что мой Гарольд оказался таким… таким… – Нижняя губа ее отвисла.
– И все-таки нам кажется, что вам стоит отдохнуть.
– В моей комнате дует, – капризно произнесла тетушка.
– Выберете другую.
– Какую?
– Любую.
– Здесь везде дует!
Катарина присмотрелась к женщине, пытаясь понять, что же с ней случилось за сегодняшнюю ночь. Но ничего не увидела.
Разве что кожа бледновата. А нос будто бы заострился. Но ведь случается при болезни.
– Я больше не желаю оставаться здесь! – воскликнула тетушка. – Кевин…
– Он в городе, мама, – устало произнес Гевин. – Ты хочешь поехать к нему?
– Хочу.
Гевин поклонился. Притом показалось, что не столько Катарине, сколько Джио, которая все еще пыталась удержать тетушку Лу.
– Тогда я буду рад тебя отвезти. Но ты же понимаешь, что ты не можешь ехать в этом? – Гевин двигался с той неестественной плавностью, которая выдавала в нем ту, иную природу. – Тебе надо переодеться.
– Да? – на личике тетушки Лу вновь появилось сомнение.
– Конечно. В дорожное платье. Разве Кевин обрадуется, увидев тебя такой?
– Она меня держит!
– Она отпустит, – Гевин кивнул, и Джио разжала руки. А он коснулся матушкиного плеча.
– Это неприлично.
– Сумку собрать. Ты ведь не станешь сюда возвращаться?
– Нет, конечно, – она вскинула голову. – Мне нечего делать в этом доме!
– И я о том же. Поэтому вещи нужно собрать…
Он вел ее медленно, подстраиваясь под неловкую ее походку, и Катарина, глядя на женщину, не могла отделаться от ощущения, что видит не человека, но куклу. Одну из тех, раскрашенных, обряженных в платье, которые двигались по воле кукольника.
Стало не по себе.
– Она…
– Вчера и кричала, – сказала Джио, когда тетушка Лу скрылась за дверью.
Ждать пришлось недолго. Не прошло и четверти часа, как появился Гевин.
Мрачный. И… злой? Эту злость не выдавали ни жесты, ни выражение лица, но Катарина кожей ощущала ее. И это чувство заставило попятиться.
– Прошу прощения, – Гевин остановился. – Оказывается, некоторые эмоции и я способен испытывать. Весьма… своеобразный опыт.
