Вечная принцесса

Султанша и ее служанки разделись, оставшись в одних рубашках, и принялись с разбегу скользить по этой душистой «грязи», резвиться, брызгаться розовой водой, и весь вечер они шалили, как дети…

Он зачарованно слушал.

— Как это прекрасно!

Каталина довольно улыбнулась:

— А теперь твоя очередь. Теперь ты расскажи мне историю.

— Я не знаю историй. А те, что знаю, все про войны и победы.

— Именно такие ты больше всего любишь, когда я их тебе рассказываю.

— Да, кстати, твой отец снова затевает войну.

— А ты что, разве не слышала об этом?

Она покачала головой:

— Испанский посол иногда передает мне записки с новостями, но пока об этом ни слова. Это что, Крестовый поход?

— Экий ты кровожадный солдатик Христа! У неверных поджилки трясутся! Нет, не Крестовый. Дело куда менее героическое. Твой батюшка, нам на удивление, вступил в союз с французским королем Людовиком. Похоже, они собираются вместе войти в Италию и поделить добычу.

— С Людовиком? — удивилась Каталина.

— Похоже, французский король не очень разборчив в союзниках. Сначала турки, теперь твой отец…

— Ну уж лучше отец, чем турки, — вступилась за своих Каталина.

— Но отчего твой отец вступает в союз с нашим врагом?

— Думаю, оттого, что ему всегда хотелось заполучить Неаполь, — доверительно сказала она. — Неаполь и Наварру. И так или иначе он их получит. Я его знаю. Он играет с дальним прицелом и, как правило, добивается своего.

— От отца. Похоже, он опасается, что они позовут его присоединиться. Он недолюбливает французов почти так же, как шотландцев. Мы очень разочарованы, что твой отец с ними столковался.

— Напротив, твой отец должен быть доволен, что мой держит французов на юге. Он оказывает вам услугу.

— Ах ты, стратег! Что бы мы без тебя делали!

— А твой отец не хочет к ним в долю?

— Нет, насколько я знаю, — покачал головой Артур. — Его главная задача — чтобы в Англии был мир.

— Да он и участвовал-то всего в одной битве! Но бывает так, что ты не можешь не воевать. Когда перед тобой враг, ты должен его разбить.

— Из-за новых земель я воевать бы не стал, — признался он. — Только чтобы защитить наши границы. И наверно, придется воевать с шотландцами, если моя сестра их не усмирит.