Вечная принцесса

Отчего ж нет?

— Оттого, что в нашей стране, если есть еду сырой, непременно заболеешь!

— Но ты же ешь яблоки!

— Как правило, все-таки вареные или сушеные, — помотал он головой. — И потом, это ведь плод, а не листья. А какой именно овощ ты бы хотела вырастить?

— Латук-салат, — сказала она.

— Латук? Никогда о таком не слышал!

— Я знаю, — вздохнула она. — Тут, кажется, никто не слышал об овощах. Латук похож на… — Она стала рыться в памяти, вспоминая название того вареного месива, которое им как-то подали на ужин в Гринвиче.

 — Критмум! Морской укроп! Из того, что вы едите, это ближе всего к латуку. Но латук едят сырым, он хрустящий и сладкий.

— Да, — терпеливо сказала она.

— И у вас в Испании это едят?

Она едва не расхохоталась, такое отвращение было написано у него на лице.

— Да. И тебе тоже понравится!

— И что, это можно выращивать здесь?

— Думаю, он как раз пытается объяснить мне, что нет, нельзя. Он о таком никогда не слышал. У него нет семян. Он не знает, где найти семена. Он не думает, что они взойдут здесь.

 — И она подняла глаза на голубое небо, усеянное рваными дождевыми тучами. — И наверно, он прав, — с тяжким вздохом добавила она. — Думаю, латук любит солнце.

Артур повернулся к садовнику:

— Ты когда-нибудь слышал о растении по имени «латук»?

— Нет, ваша милость, — кланяясь, сказал тот. — Сожалею, ваша милость. Наверно, это испанское растение. Звучит не по-нашему. А что, ее королевское высочество говорит, они там едят траву? Как наши овцы?

У Артура дрогнула губа, но он сдержался.

— Нет, думаю, это растение лекарственное, но я спрошу.

Он повернулся к Каталине и взял ее за руку.

— Знаешь, летом тут иногда бывает солнечно и даже жарко. Так жарко, что приходится прятаться в тень. Правда!

Она недоверчиво окинула взглядом раскисшую землю и наливающиеся чернотой тучи.

— Нет, не сейчас, — оценил он ее скепсис. — Летом. Бывает, эта стена так нагревается, что не прикоснуться. Поверь, мы выращиваем здесь клубнику, малину и персики. Все, что растет у вас в Испании.

— Неужели все? И апельсины?

— Почему нет? — с апломбом признал он.

— В Корнуолле, — ответил он с каменным лицом. — Там, в Корнуолле, еще теплее…

— Сахарный тростник? Рис? Ананасы?

Артур хотел было сказать «да», продолжить игру, но не выдержал, расхохотался, и Каталина тоже согнулась от смеха и приникла к нему.

Когда они отсмеялись, он оглядел внутренний двор крепости:

— Пойдем-ка мы с тобой погуляем, пока нас не хватились.