Вечная принцесса

Донья Эльвира, если вы станете изображать неведение или будете говорить одно, а я — другое, тогда все поймут, что я вам не доверяю, что вы не заботились обо мне так, как следовало. Все решат, что вы пренебрегли моими интересами, что вы у меня в немилости. Думаю, матушке не понравится, если выяснится, что я девственница, а вы об этом даже не знали… И если она придет к выводу, что свои обязанности вы исполняли небрежно, не служить вам больше при королевском дворе…

— Но, ваше высочество! Все и каждый видели, что принц страстно влюблен в вас!

— Ничего подобного! Все видели, что мы вместе, как подобает супругам.

Все знали, что в мою спальню он является по обязанности. Не более того. Никто не может сказать, что происходило за дверью опочивальни. Никто, кроме меня. А я говорю, что у него не было мужской силы. Кто вы такая, чтобы сомневаться в моих словах? Вы что, осмелитесь назвать меня лгуньей?!

Дуэнья обдумывала услышанное.

— Как вам будет угодно, ваше высочество, — сказала она наконец.

 — Как вам будет угодно…

— Именно! Слушайте и запоминайте. Это мой путь к величию. Да это и ваш путь тоже. Мы можем сказать то, о чем я говорю, и остаться в Англии или же в трауре вернуться в Испанию и там сделаться никем — ну, почти что никем.

— Что ж, ваше высочество, я могу передать их величествам ваши слова. Если вам угодно заявить, что ваш супруг страдал мужским бессилием и вы сохранили невинность, я могу это сделать. Однако каким образом это делает вас королевой?

— Раз брак не вступил в силу, значит нет никаких препятствий тому, чтобы я вышла замуж за принца Гарри, — с жесткой уверенностью в голосе сказала Каталина.

Донья Эльвира в очередной раз онемела от изумления.

— Когда явится из Испании новый эмиссар, — продолжила Каталина, — можете сообщить ему, что воля Господа и мое желание — оставаться принцессой Уэльской, как и раньше. Затем ему следует переговорить с королем. Суть переговоров должна состоять не в моей вдовьей доле наследства, а в заключении нового брачного договора.

Донья Эльвира от изумления открыла рот.

— Но с чего вы взяли, что они позволят вам выйти за принца Гарри?

— А отчего ж нет? Мой предыдущий брак, с его братом, оказался несостоятелен. Я — девственница. Приданое королю Генриху уплачено наполовину. Он может оставить себе ту половину, которая уже здесь, а вторую половину мы ему выплатим. Таким образом, он освобождается от необходимости выплачивать мне вдовью долю.