Вечная принцесса

И думаю, это он еще сдерживался…

— Как он поступит? — оторвалась от своего занятия Каталина.

Де Пуэбла исподтишка вгляделся в ее лицо. Бледное, но ни следа страха. Синие глаза подернуты дымкой, как у ее отца, когда у него на уме какая-то затея. Ничуть не похожа на девицу в отчаянном положении. Скорее, на женщину, которая надеется перехитрить самого опасного из соперников. В ней нет ничего трогательного. Она впечатляет, но не вызывает сострадания, нет.

— Представления не имею, — сказал он вслух.

 — Однако мы не должны давать ему никаких преимуществ. Необходимо немедленно выплатить оставшуюся долю приданого, то есть выполнить свои обязательства — для того чтобы вынудить его выполнить свои.

— Что вы имеете в виду? Мою золотую посуду? Но она потеряла свою цену. Испорчена. Мы же на ней ели. А потом, кое-что мне пришлось продать.

— Как продать?! — ахнул посол. — Помилуйте, ваше высочество! Она же принадлежит королю!

— По-вашему, я должна была допустить, чтобы мои приближенные померли с голоду? Да и я должна что-то есть, доктор де Пуэбла! Не могли же мы всем двором без приглашения являться на обед во дворец и протискиваться там к столу для простонародья!

— Вам следовало сохранить золото в неприкосновенности!

Она одарила его взглядом синим, холодным и острым, как ограненный сапфир.

— Прежде всего, меня не следовало доводить до такого состояния! Закладывать собственные тарелки! Если в этом есть чья-то вина, то уж точно не моя.

— Этот упрек следует адресовать в Испанию, — мрачно сказал посол.

 — Вынужден повторить, ваше высочество: нельзя давать им повод для отступления. Если король Фердинанд не выплатит вашего приданого, король Генрих откажется выдать вас за принца. И должен предупредить, зрелище ваших бедствий доставит ему удовольствие.

— Значит, он мой враг, — кивнула она.

— Это случится, не сомневайтесь, — сказала она вдруг.

— Простите, ваше высочество?

— Я выйду замуж за Гарри, посол. Я буду королевой.

— Инфанта, это самое горячее из моих желаний!

— Принцесса, — поправила она.

Уайтхолл, июнь 1503 года

— Решено обручить тебя с Каталиной Арагонской, — сообщил сыну король Генрих, думая о своем первенце.

Светловолосый Гарри порозовел, как девчонка:

Бабушка, миледи Маргарита, превосходно натаскала своего последнего внука. Он готов ко всему. Кроме реальной жизни.

— Ты, впрочем, не надейся, что это случится на самом деле, — предупредил его король.