Вечная принцесса

Суррей обеспокоен тем, что я приказала ему одному идти на врага, — он предпочел бы, чтобы мы ударили объединенными усилиями, однако я настаиваю, чтобы мы следовали моему плану. Конечно, ударить всей мощью было бы безопасней, но я веду оборонительную кампанию. Необходимо иметь резерв на тот случай, если шотландцы победят в первой битве. Одним сражением тут дело не ограничится. Идет война, которая должна усмирить шотландцев на десятки лет, а лучше бы — навсегда.

Я борюсь с искушением приказать ему дождаться меня, до того мне хочется в бой! Я совсем не чувствую страха, ей-богу, только какую-то дикую радость, словно я сокол, которого долго держали в клетке, а теперь отпустили.

Однако мне хватает здравого смысла, чтобы не бросить людей в битву, поражение в которой откроет дорогу к Лондону. Суррей считает, общими силами мы наверняка победим, но я-то знаю, что в военном деле ничего наверняка не бывает. У меня есть план и для моих войск, и для войск Суррея. И продумана позиция, на которую можно отступить, а затем еще и еще одна. Шотландцы могут выиграть одну битву, но отнять мой трон им ни за что не удастся.

Мы находимся в шестидесяти милях от Лондона, в Букингеме. Армия идет с хорошей скоростью для пешего марша, а для английской армии, которая, поговаривают, в дороге имеет обыкновение мешкать, это просто превосходная скорость.

И еще у меня есть секрет. Каждый вечер, оставив седло, я первым делом иду в палатку или куда-нибудь, где могу побыть одна, поднимаю юбки и осматриваю свое белье.

Я жду месячных, и уже второй месяц их нет. Надеюсь, и очень сильно, что перед отплытием во Францию Генрих наградил меня ребенком.

Я никому не скажу об этом, даже камеристкам. Представляю, какой крик они поднимут, когда узнают, что я, беременная, каждый день езжу верхом и собираюсь сражаться! Конечно, ничего нет важней, чем наследник трона, за исключением одной вещи — защиты Англии, чтобы этому ребенку было что наследовать. Я стисну зубы и приму на себя этот риск.

Люди знают, что их ведет сама королева, что я обещала им победу.

Они бодро вышагивают и будут биться насмерть, потому что верят в меня. Люди Суррея, которые ближе к врагу, чем мы, знают, что за ними стоит моя армия. Они знают, что я сама веду подкрепление. Молва об этом идет по всей стране, люди горды тем, что королева с ними. Если я сейчас повернусь лицом к Лондону и велю им продолжать без меня, потому что у меня появились женские заботы, они тоже все бросят и отправятся по домам.