Острие было в два воина, поэтому клин получился длинный. Они не стали ждать, когда посыплются стрелы, пошли, прикрывшись щитами, в атаку. Наши конные лучники сместились на фланги и принялись обстреливать римлян. Мне было плохо виден результат их работы, но по опыту знаю, что при таком построении потери от стрел будут существеннее, чем в фаланге. Наверное, расчет был на быстрый прорыв нашей, после чего обе ее части обратятся в бегство. Только вот в гуннской армии пехота была второстепенным родом войск, бегство которой не сильно подорвало бы боевой дух конницы.
Впрочем, и прорыва не случилось. Клин врезался в фалангу, смял несколько шеренг и увяз, после чего начал сминаться, растекаясь вширь. Римская конница, прикрывавшая фланги, погналась за конными лучниками, которые поскакали, уводя ее за собой, не на исходные позиции, а в бок, на склоны холмов, засаженных виноградниками. В этот момент и вступила в дело гуннская тяжелая конница.
Я был на левом фланге в седьмой шеренге и ближе к фаланге в надежде, что в этом месте до меня дело дойдет не скоро, если вообще дойдет.
Все оказалось с точностью до наоборот. Сперва Эдекон повел нас вперед, а потом повернул вправо для удара в правый фланг клину. Глупо бросать конницу на стену щитов, если нет длинных тяжелых копий. Обычно пехотинцы еще и бьют мечами и копьями по щитам, пугая лошадей, которые останавливаются метров за десять и, за редчайшим исключением, отказываются скакать на погибель. В данном случае сплошной стены не было. В классической древнегреческой фаланге на правом фланге стояли левши, которые держали щит в правой руке, а копье в левой и могли защищаться.
Здесь же был, так сказать, германский вариант с правшами, которым, чтобы закрыться щитом, приходилось вываливаться из строя. Подобные действия не были отработаны, поэтому нам представилась возможность без особой сложности врезаться во вражеский клин. Я влетел между двумя педами, которые повернулись к нам лицом и оказались впереди строя, ударил правого пикой в голову. Не заметил, пробил шлем или нет, но удар ему явно сбил, чем помог своему соратнику, скакавшему справа.
После чего я отбросил пику, потому что в ближнем бою не так удобна, как сабля, которую вытянул из ножен. Дальше сек тех, кто справа, проталкивая коня вперед. Те, кто слева, кололи меня по щиту, шлему, доспеху, особенно по поножам. Чем именно, не видел, щит мешал, но серьезную рану так никто и не нанес. Может быть, все-таки смогли бы, если бы римляне не дрогнули и не начали разбегаться.
