Вечный воин

Если это не так, у нас будут проблемы. Не вытащим пленника сегодня, живым его не получим.

Менно открыл ближнюю дверь и сразу закрыл ее, воскликнув с отвращением:

— Вторую не открывай, она на улицу ведет, — сказал я, перейдя к следующему вырубленному стражнику.

Когда закончил с третьим, подошел к двери, за которой была вонища. Вниз шла вдоль стены узкая каменная лестница длиной метра три и без перил.

Я приказал вандалу из свиты:

— Бери светильник, спускайся по лестнице и ищи своего человека. На всякий случай приготовь оружие и остановись с краю, вглубь не заходи.

Он начал спускаться, подсвечивая себе масляным светильником, а мы с Менно остались возле двери. Если нужного человека не найдем здесь или где-нибудь поблизости, выпустим всех. Пусть аборигены подумают, что освободил заключенных кто-то из своих.

— Барлам! — послышался внизу голос вандала. — Барлам!

Я не сразу догадался, что это имя пленника, скорее всего, сардинское, почему-то был уверен, что он имеет германское, хотя выглядел, как истинный римлянин.

— Я здесь! — послышался радостный голос из глубины камеры.

У меня сразу отлегло от сердца. Если бы, запоров уговор с шурином, не нашли пленника, мой статус резко бы пошел вниз. Меня бы, конечно, не казнили, но перестали бы считать человеком, которому можно доверить ответственное задание.

Свет масляной лампы стал ярче, потому что вандал повернулся к нам лицом и пошел вверх по лестнице. Пленник самостоятельно шел за ним. У меня было предположение, что его во время пыток сильно искалечили, поэтому и взял на операцию трех вандалов, чтобы вместе с Менно тащили его.

Поднявшись по лестнице, бывший пленник увидел кувшин на столе и первым делом схватил его и выдул всё содержимое — литра полтора дрянного вина, разбавленного водой. Выглядел он нормально, если не считать разбитую губу и свежий синяк под глазом.

— Поешь по пути, у нас собой много еды, — сказал я.

— Больше пить хотел. Там мне остатки отдавали, когда все напьются.

К морю напротив того места, где дрейфовала марсильяна, мы вышли в утренние сумерки. Менно, заложив два пальца в рот, громко и продолжительно свистнул три раза. Я так и не научился свистеть с помощью пальцев, о чем иногда жалею. Ему трижды ответили. Примерно через полчаса к берегу подошла рабочая шлюпка и забрала нас.

Я был уверен, что Гейзерих наградит меня за блестяще проведенную операцию.