Вечный воин

Он участвовал в нескольких пиратских рейдах и, говорят, неплохо проявил себя, как командир. Гентон принял, как должное, предложение поселиться в моей каюте и без сомнений занял мою кровать. И моими запасами вина и сладостей тоже распоряжался по-хозяйски, без малейшего смущения. Стоит отметить, что внимательно следил за работой экипажа с парусами, расспрашивал меня о принципе действия компаса. Не знаю, насколько правильно понял услышанное, но вид делал умный, как и пристало сыну правителя и, возможно, наследнику. Старшие братья могли запросто погибнуть и освободить ему место.

Мы вышли из Картенны. Это небольшой городок западнее Цезареи. Вандалы по пути к Карфагену разграбили Картенну, но вскоре она опять была заселена, потому что рядом находится медный рудник. Медь все еще стратегический металл, в том числе и потому, что из нее чеканят монеты. Именно к этому городку мы вышли, двигаясь на юго-юго-восток от Гавани Эльче. Там и подождали, когда прибудет флот вандалов из Цезареи, а потом еще шесть дней, когда задует сирокко — жаркий южный ветер, который местные кочевники называют гибли.

Сейчас климат холоднее, пустыни находятся намного южнее, поэтому нынешний сирокко несет меньше пыли и песка. Подгоняемый им, наш флот двинулся под парусами на северо-северо-запад. По примерным подсчетам надо было пройти миль сто пятьдесят. К вечеру ветер стих, матросы налегли на весла, пока не стало совсем темно. За день мы одолели миль семьдесят, может, немного больше. Марсильяна легла в дрейф, а многочисленные галеры окружили ее, ошвартовавшись по несколько штук друг к другу. В толпе не так страшно. В итоге получилось несколько плавучих островов.

На следующее утро опять задул сирокко и погнал нас дальше. До темноты мы одолели примерно такое же расстояние, как в предыдущий день. Часа за два до навигационных сумерек марсильяна оставила флот, подошла к берегу, чтобы определить, где мы находимся. Оказалось, что проскочили Гавань Эльче, оказались севернее и мористее. И то, и другое было не страшно. До темноты мы вернулись к галерам, приказали поворачивать на запад.

Успели приблизиться к берегу настолько, что был виден из «вороньего гнезда» марсильяны. Значит, и с берега шибко глазастые увидят парусник, но вряд ли разглядят галеры. Там и заночевали.

Вторая ночевка проходила веселее. Вандалы обвыклись в открытом море, стали меньше бояться его. С многих «островов» до поздней ночи доносились голоса, смех и даже пение.

В самом начале утренних сумерек двинулись к берегу.