Вечный воин

Раненый римлянин из, судя по кожаным шапке и куртке вместо железных доспехов, вспомогательного отряда резко крутанулся, схватил двумя руками пику чуть выше выскочившего из раны, окровавленного наконечника и дернул на себя. От неожиданности я не смог удержать ее. К счастью, он не воспользовался захваченным оружием, отшвырнул пику и шустро метнулся в придорожные кусты, потом перепрыгнул канаву, отделявшую от дороги поле с высокой пшеничной, вроде бы, стерней, и побежал по нему в сторону небольшого лесочка.

Несмотря на рану в интересном месте, даже не прихрамывал. Страх глушит любую боль. Я не погнался за ним. Меня забавляют люди, которые не сдаются — позорятся до конца. Я подъехал к кусту и, наклонившись, вытащил пику, застрявшую в нем окровавленным наконечником кверху, перехватил ее поудобней и поскакал вслед за соратниками, которые уже приближались к каструму.

Обычно у ворот каструма, обращенных к врагу, дежурит не меньше пятисот педов и ауксиариев. Сейчас было от силы две декурии, причем, как догадываюсь, собранные из внезапно приболевших.

Видимо, Арнегискл посчитал, что воинов у него маловато, поэтому увел на поле боя всех, кто был способен держать оружие. Больные вдруг резко исцелились и довольно шустро захлопнули ворота перед нашим носом. А я уже собирался скакать к форуму каструма, где стоит шатер полководца и где, вероятнее всего, самая богатая добыча. На вал у ворот поднялся толстый краснолицый буцинатор и затрубил сигнал «Враг напал на каструм». Это он погорячился. Нападать на хорошо укрепленный лагерь отрядом в сотню человек может только сумасшедший, к каковым ни я, ни те, кто прискакал со мной, не относились.

Мы развернулись и поскакали отлавливать воинов римской армии, которые по разным причинам оказались между каструмом и местом сражения. Занятие было интересное, поскольку даже группы в несколько человек сопротивление не оказывали, старались удрать или спрятаться. В основном это были воины из вспомогательных и интендантских подразделений.

Ценных трофеев с них никаких, так что чисто удовлетворяли охотничий инстинкт.

Я так увлекся, что не сразу заметил, что в нашу сторону бегут толпой педы. Сперва подумал, что собираются атаковать нас, и направил коня к полю, чтобы попробовать обогнуть их по дуге и прорваться к своим, а если не получится, то поскакать к дороге и дальше по ней до ближайшего перекрестка, где поверну и, сделав изрядный крюк, присоединюсь к гуннской армии.