Вот только они всё также ничего не знали про Соньку, которая, затаившись в траве, пропустила толпу мимо и начала плевать им вслед.
Сначала заорал один, потом второй, после заплеванного третьего, гады остановились и начали палить в белый свет, как в копеечку. Они уже поняли, что имеют дело с чем-то или кем-то невидимым, вот только, судя по траектории их выстрелов, они решили что против них выступает человек, вооруженный непонятном оружие, так как пули летели высоко над травой на уровне человеческой груди.
Еще один покатился по земле… и тут у Соньки кончилась энергия. Твою ж мать! Она же мне намекала, что кристаллы нужны не только для невидимости, но и для выработки Кислотной слюны! А я, тупица, рассчитал время на невидимость, дав кристаллов, как я думал, с запасом, но не учел, что это время уменьшится в результате интенсивного использования её ужасающего оружия. Один из дружинников заметил паучиху и закричал, привлекая внимание остальных. Сонька, дура такая, также забыла про свое свойство и находилась, достаточно близко выцеливая врагов почти вплотную, поэтому пули сволочей буквально попали в неё без проблем.
Паучиха задергала лапками, упала на спинку и благополучно скончалась…"
"— Тікай з городу — тобi пiзда! — откуда-то вспомнилось мне. Снова багровое нечто заполонило меня изнутри, я протянул руку, пытаясь выхватил свой верный меч, но его почему-то не было, а на поясе у меня висела дурацкая шпага. Ну, на безрыбье и сам раком станешь.
Я убрал револьверы в кобуру, схватил шпагу в одну руку, нож во вторую и прыжками помчался мстить.
Краем создания, я заметил, что прыжки у меня достигают трёх-четырёх метров, при этом я умудряюсь скакать в стороны как горный стрекозел, уходя от пуль.
В первого дружинника я врубился в высоком прыжке, ударив его коленом в грудь. Кираса вмялась внутрь, вместе с рёбрами, враг рухнул на землю. Падая сверху я ткнул лезвие кинжала ему в незащищенный подбородок.
Тут же откатившись сторону, я снова вскочил на ноги, метнув кинжал в следующего врага.
Удивительное дело, но он точно вонзился в глазницу дружиннику! При том, что до него было десяток метров! Кажется, я испустил какой-то запредельно жуткий вой, радуясь крови и вражеской смерти…
Тут нервы нападавших не выдержали, они побросали оружие и бросились наутёк. Так просто вы от меня не уйдете! Крайнего отступающего я завалил на землю, прыгнув ему на спину и с наслаждением перерезал глотку.
