Вечный любовник

Вишес задержался немного перед уходом.

— Ты рассказала ему о своем имени?

Она резко обернулась.

— Что?

— Рейдж. Он знает?

Дрожь пробежала по ее шее.

— Очевидно, он знает, как меня зовут.

— Нет. Почему тебя так назвали. Ты могла бы сказать ему. — Вишес нахмурился. — И, нет, я не из Интернета об этом узнал. Как бы я смог?

Боже мой, она ведь именно об этом и подумала…

— Ты читаешь мысли?

— Когда хочу или когда у меня нет выбора.

Вишес вышел, тихо закрыв за собой дверь.

Рейдж попытался перекатиться на бок и со стоном проснулся.

— Мэри?

— Я здесь.

Она положила его руку между своих ладоней.

— В чем дело? — В его пронзительно голубых глазах застыла еще большая тревога. — Мэри, пожалуйста. Хоть раз скажи мне, о чем ты думаешь.

Она замялась.

— Почему ты просто не оставил меня? Всего этого…. Не было бы.

— Нет ничего, что я не смог бы вынести ради твоей безопасности, ради твоей жизни.

Она покачала головой.

— Я не понимаю, как ты можешь, столько чувствовать ко мне?

— Ну, знаешь, что? — Он слегка улыбнулся.

 — Тебе придется выкинуть всю эту чепуху с пониманием.

— Это лучше, чем полагаться на веру, — прошептала она, протягивая руку и пробегая пальцами сквозь его светлые волосы. — Спи, здоровяк. Сон быстро исцеляет тебя.

— Я лучше посмотрю на тебя. — Но он закрыл глаза. — Мне нравится, когда ты играешь с моими волосами.

Он вытянул шею, наклоняясь дальше от нее, чтобы облегчить доступ к волосам.

Даже его уши прекрасны, — подумала она.

Рейдж глубоко вздохнул: его грудь поднялась и опустилась.

Через какое-то время она откинулась на стуле и вытянула ноги, упершись в ножку кровати.

Проходили часы, периодически братья заглядывали в комнату, чтобы проверить Рейджа и представиться ей. Фьюри, мужчина с красивыми волосами, принес собой немного теплого сидра, который она приняла. Также заглянули Роф, парень в солнцезащитных очках, и Бет, женщина, на глазах у которой она упала в обморок. Заходил Бутч, парень с мячом, и Тормент, у которого была по-военному короткая стрижка.

Рейдж много спал, но просыпался каждый раз, как пытался перевернуться на бок.

Он следил за ней, словно набирался сил от одного взгляда на нее, и она приносила ему воду, гладила по лицу, кормила его. Они почти не разговаривали. Прикосновений было достаточно.

Ее веки отяжелели, и она позволила голове откинуться назад, когда послышался очередной мягкий стук.

Она потянулась и пошла к двери.

— Входите, — сказала она, открывая ее.

В коридоре стоял мужчина со шрамом на лице.